Книга Путь Скорпиона, страница 141 – Павел Волчик

— Вон тот корень напоминает девичьи колени. И впрямь поэт Лемминкайэнен бывал в этих местах. Недаром он сравнивал женщин с этими кипарисами.

— Лемминкайэнен плохо закончил, – сказал Гаспар. – Слишком увлёкся девичьими коленями.

— Это так, – вздохнул Канто.

Деревьев стало не просто много – начали встречаться такие высокие и крупные, что путники вынуждены были сложить парус и пользоваться веслом как шестом, объезжая выпирающие из воды островки суши.

Ахти видел, как с одного из корней скользнула в воду бледная змейка. Как из крон кипариса, закрывающего полнеба, на них вытаращились любопытные глазки какого-то пятнистого зверька.

Растительности прибавилось и на дальних берегах. Кипарисы росли и на суше, соревнуясь с уже виденными ранее великанскими соснами.

Мальчик не мог поверить, что видит эти стволы и ветви своими глазами. Деревья словно явились из старых сказок.

— Священная роща Ханну, – вздохнул волхв.

Даже Гаспар оторвался от тяжёлых мыслей и с любопытством рассматривал расположившийся вдоль берегов могучий лес, для которого река не была помехой.

А какой от стволов шёл дух! Как много звуков издавал этот огромный дом!

В высоких кронах что-то шевельнулось, и Ахти невольно вскрикнул.

Из веток высунулась массивная голова с выпуклым лбом, острыми ушками и умными глазами. Голова сидела на длинной толстой шее, которая тянулась от мощного туловища, покрытого панцирем. На теле гиганта отсутствовала шерсть, только грубая морщинистая кожа.

Весь его вид говорил о том, что это животное из древних, которых можно встретить разве что в глуши. Ахти таких не видел даже на картинках.

Вытянутая морда фыркнула, раздув ноздри, и задрала свисающую вниз верхнюю губу. Послышался протяжный трубный зов. Из крон выпорхнули птицы с раздвоенными хвостами и, совершив круг, вернулись на деревья.

— Зарифа! – молвил Фархад, прикладывая руку к сердцу.

— Индрикотериум, – вторил ему Канто, кивая. – Добрый зверь.

Гаспар тоже положил ладонь на грудь. Они втроём переглянулись и улыбнулись.

Ахти почувствовал себя лишним в этой компании.

— Этот чудесный великан – наш символ, – пояснил волхв. – Каждые десять лет он покидает священную рощу и путешествует по миру, пересекая на своих сильных ногах все степи, саванны и пустыни. Он прирождённый путешественник. Как и мы.

— Кто это «мы»? – не понял мальчик.

— Кто? – рассеянно переспросил волхв. – Ясно же, как день. Мы – это Бродяги.

Канто посмотрел на Фархада, потом на Гаспара.

— Я не мастак рассказывать, – проворчал Чемпион.

— Не скромничай, – ответил Канто. – Как травить анекдоты в трактирах, так ты впереди всех.

Гаспар поёрзал, скучающе посмотрел на серое небо над головой, понял, что из лодки всё равно никуда не деться, и начал:

— Ты когда-нибудь слышал о племени кулкури, парень?

— Канто сказал, что ты из них, – медленно кивнул Ахти и коснулся футляра с посланием, который носил на шее.

— Верно. А сами мы называем себя просто – Бродягами. – Гаспар бросил невесёлый взгляд на лекаря. – Фархад тоже из них, а Канто просто наш единомышленник.

Мальчик нахмурился:

— Разве вы все родились не в разных местах? Фархад ведь из Пустоши Ветров, ты из Исполины…

— Всё так, – кивнул Чемпион. – Но кулкури становятся не по праву рождения. А по велению сердца. Хотя так было не всегда.