Книга Эллиот, страница 169 – Мая Сара

Алекс замер с протянутыми руками, тревожно вытаращив голубые глаза на разбросанные шахматы, но сдаваться я не собиралась. Я выслеживала его целое утро и даже пропустила завтрак, пытаясь подловить парнишку в самом тихом и безлюдном коридоре штаба. И теперь не хотела упускать свой заслуженный шанс поговорить с ним.

Александр осторожно поднял на меня взгляд – то ли заинтересованный, то ли застенчивый. Я прокашлялась, придав лицу серьезное выражение. Надеюсь, мне удалось скрыть смущение. Затем выставила руки перед собой. В голове замелькали черно-белые картинки, которым я посвятила несколько недель.

— Была не была, – пробормотала я на выдохе.

Мои руки неуверенно задвигались, неуклюже сплетая цепочку безмолвных слов. Александр настороженно сгорбился, пальцы с короткими ногтями теребили уголок потертого джемпера в коричнево-желтую полоску.

— Алекс, – обратилась я к нему на языке жестов, чувствуя, как футболка уже прилипла к вспотевшей спине. Хотя бы не ошиблась с его именем. Я выучила только американский жестовый язык и могла лишь надеяться, что Алекс поймет меня.

Светлые брови сложились домиком, и на лбу возникла дугообразная морщинка. Узкий рот приоткрылся, крупные очки скатились по переносице. Он посмотрел на меня так, словно грозовая туча вмиг превратилась в безобидное облако. Тревога? Удивление? Испуг? Что же выражало его лицо?

Затем Алекс вскинул подбородок и закатал рукава джемпера до локтей, обнажая ладони и пальцы, испещренные следами от ручки и канцелярской замазки.

— Элли, – безмолвно ответил он мне. Пальцы двигались юрко, а руки – живо. Изящная жестикуляция была такой же естественной, как дыхание.

Я прищурилась, мое лицо напряглось, мозговые шестеренки заскрипели в попытке разобрать буквы по отдельности. Алекс смотрел на меня с любопытством. Ждал последующих действий.

Я глубоко выдохнула, момент настал.

— Я, – указала на себя, – ты…

Мои руки застыли в воздухе. Как показать слово «команда»? Я же это учила! В голове зашипел помехами пустой телеэкран. Алекс непонимающе уставился, хлопая голубыми глазами. Вот черт… Я прикусила губу. Память подвела. Жесты, зазубренные наизусть, смыло предательской волной.

— Я, – я повторила жест, шумно сглотнула и посмотрела на бойца, надеясь, что он поймет, – ты… мы…

Живот сжался в комок. Библиотека, казалось, вдруг уменьшилась, книжные стеллажи навалились вековыми знаниями. А я не смогла запомнить и самого простого.

— Короче! – прикрикнула я, и Алекс тут же отскочил. – Я учила-учила этот язык жестов, но, как видишь, все оказалось бессмысленно.

Парень моргнул и вновь нахмурил светлые брови.

— Как горох об стену, понимаешь? – вскипела я, злясь на себя и на свою забывчивость. – Хуже моей памяти разве что мерзкий характер Фокса.

Алекс осмотрелся. Но в крохотной пыльной библиотеке, естественно, находились только мы вдвоем. Я вздохнула и отбросила волосы назад.

— Я ведь знаю, что ты можешь говорить, – может, попробуем так?

Алекс мгновенно отшатнулся, сложив руки в неизвестном мне жесте.

— Ладно. Ты меня слышишь, и это главное, но… – Я взглянула на испачканные пальцы молчаливого бойца и умолкла, покачав головой.

Нет. Это вовсе не главное. Не так я хотела с ним поговорить. От слов не будет толку. Ведь Александр не верит голосу. Для парня он ничего не значит. А мне нужно, чтобы он поверил.