Книга Дитя титанов, страница 217 – Джен Уильямс

— Киллиан, любимый, вернись ко мне. – Левен замолчала, до боли в горле сдерживая рыдания. – Пусть весь остров хоть под землю провалится, только вернись ко мне! Пожалуйста.

Но лес молчал, и Киллиан не вышел из чащи ей навстречу, так что Левен позволила себе немного поплакать. Когда она успокоилась, похолодало, и тени стали глубже. Вдруг захлопали птичьи крылья, и знакомая черная фигурка опустилась на ствол дерева рядом.

— Орешек? – Левен провела рукой по влажному от слез лицу. У нее разболелась голова. – Я думала, ты покинула нас, подруга.

Галка искоса взглянула на нее и сделала к ней пару прыжков. Левен посмотрела на камень, который все еще держала в руке.

— Будь здесь Инис, я бы отдала камень ей, – сказала она. – Думаю, ей бы понравилось, ведь он прошел через руки пикси. Но я даже не знаю, где она. Мой муж погиб, сестра знать меня не хочет. Землю, которую я считала своим домом, разрывают на части существа, чьи кости я ношу под кожей. Да и я сама вот-вот помру. Звездить твою, не мир, а бардак какой-то.

Тут на ее раскрытую ладонь села Орешек. Левен сразу и удивилась, и растрогалась. Галка всегда любила сидеть на плече Киллиана, но никогда не проявляла такого доверия к Левен. Лапки птицы были холодными, коготки на них – острыми. Вдруг Орешек схватила с ладони Левен ведьмин камень и взлетела. В мгновение ока она скрылась среди деревьев, а Левен осталась сидеть с пустой рукой.

— Конечно, почему нет? – сказала она в пустоту. – Я ведь и так все потеряла.

Инис брела по болоту. Черная вода достигала груди. Над поверхностью болота метались крошечные зеленые огоньки, иногда их перехватывали светящиеся шарики покрупнее. Темно-серые тучи закрыли небо, обещая дождь, но так и не разразились им, хотя кипели и бурлили, как яйца на сковородке. Болото замерзало, так что Инис приходилось останавливаться и окоченевшими пальцами ломать тонкий лед. Странно, хотя она и была теперь духом, но из ее рта все же вылетали облачка пара, как от дыхания.

— Как сказала бы Левен, – буркнула она, – гребаное местечко.

Хотя, конечно, болоту все равно, что она о нем думает. Инис набрала в легкие воздуха и закричала:

— Киллиан!

За последний час она звала его уже раз десять, а то и больше; хотя, возможно, время здесь измеряют не часами, а как-то иначе, кто знает. Да и кому его тут измерять-то? До сих пор Инис не встретила ни одной живой души. «Кстати, живой – тоже не самое подходящее тут слово», – напомнила она себе.

Вдруг впереди, во мраке, она различила холмик сухой земли. На холмике торчала сломанная изгородь, а на изгороди висел белый от времени человеческий скелет с отвисшей челюстью и завитком плюща, выглядывающим из глазницы. Инис, не дрогнув, направилась к нему, чувствуя, как соскучилась по суше. Когда она ступила на жесткую траву, с ее сапог и одежды потекла черная болотная жижа, и скелет дернулся.