Книга Дитя титанов, страница 132 – Джен Уильямс

— Отойдите, – зашипела своим соратникам Эпона. – Он не спустится, если увидит нас. Готовьте веревки.

Йельм осторожно поставила осиное гнездо на землю так, чтобы получилось дотянуться до отверстия в днище, и все попрятались в тень. Эпона не сводила глаз с пролома. Каждая часть плана вызывала у нее сомнения; образно говоря, ее кувшин покрывали трещины, и эта была самая крупная из них.

«Если ты существуешь, Зеленый человек, прошу тебя, пошли нам удачу, – мысленно обратилась она к лесной легенде. – Нам без нее никуда».

Дыру в стене закрыло изнутри бледное пятно – словно луна, плывя в пасмурном небе, вдруг выглянула в прореху между туч; но это была не луна, а голова ребенка, выпуклая и причудливая. Три пары кроваво-красных глаз влажно блестели, следя за танцем ос, и у Эпоны все перевернулось внутри. Она никогда еще не видела Малакима так близко, и он оказался меньше и страннее, чем она ожидала; это напомнило ей, что они, как-никак, похищают ребенка, хотя и необычного, непохожего на других детей. Тем временем в дыру просунулась рука со стеклянной банкой, которой он хотел поймать осу, но насекомые улетели. Эпона услышала, как он раздраженно фыркнул.

«Давай, малыш, – нетерпеливо подумала она. – Время не ждет».

С тихим шорохом ребенок полез в дыру. Наверное, разглядел в темноте гнездо и решил подойти к нему поближе. Пара тощих ножек просунулась в дыру и повисла, ища опоры. Эпона оглянулась на Джек, но та уже двигалась. Она подбежала к ребенку, схватила его за ноги и решительно потянула вниз. Тот возмущенно пискнул, но отбиваться не стал, а когда Йельм и еще один повстанец подбежали к нему с веревкой в руках, он просто смотрел на них. По крайней мере, всем показалось, что он смотрит. С этими его красными глазами было непонятно, что он делает.

— Свяжите его, – велела Эпона. Теперь, когда ребенок оказался у них в руках, она занервничала еще больше. – И заткните ему рот кляпом. Нам нужна тишина.

Мальчик вскинул руку с растопыренными пальцами так, словно хотел ударить державших его женщин, но замер. Рука дрожала, как будто от огромного усилия. Его глаза сузились, и, несмотря на всю их странность, было понятно, что он разочарован.

— Боюсь, ваше высочество, что наши обычные, скучные человеческие кости не откликаются на ваши призывы, – слегка улыбнулась Эпона.

Взяв лампу, принцесса направилась прочь.

— Все за мной, – скомандовала она. – Быстро. Я сильно подозреваю, что нынешних обитателей замка ждет большое веселье.

— Послушай, малыш, сейчас мы уберем кляп. Кричать не надо, здесь тебя все равно никто не услышит.

Эпоне не нравилось, что она так говорит с ребенком, хотя этот ребенок сам мог напугать кого угодно. В желтом свете масляных ламп он выглядел еще бледнее и страннее, чем в полуразрушенном подвале. Шесть глаз жирными кляксами краснели на его бледном лбу, как будто и впрямь чернильные; странно хрупкое тело, руки и ноги как палочки, круглая голова, слишком громоздкая для тоненькой шейки. Он сидел, свесив ее на грудь и положив руки ладонями вверх на колени. Время от времени его пальцы подергивались. Да, это определенно был мальчик, только очень похожий на червяка или, скорее, на личинку. Эпона старательно подавляла омерзение, чтобы оно не проступило на ее лице.