Книга Сестра грифонам, страница 148 – Джен Уильямс

— Гребаные звезды, – выдохнула Белиза.

Статуя изображала мускулистую женщину, которая стояла, вытянув руку вверх так, словно желала сорвать солнце с неба. Из-за ее спины вырастали огромные крылья, каждое их перо было тщательно вырезано из полупрозрачного черного камня, а на голове красовался искусно сделанный боевой шлем из золота; два изогнутых зубца, почти как рога, торчали сзади, на висках – перья из блестящего металла, а спереди – маска с тонкими полосками над отверстиями для глаз и откидной челюстью, обрамляющей подбородок. Каэто обратил внимание, что местами камень покрывали глубокие царапины, как будто кто-то когда-то пытался его разрушить.

— Невероятно. – Несмотря ни на что, Каэто был впечатлен. – Вылитый герольд.

— Она великолепна! – Произнесла Тайли, и Каэто впервые в жизни увидел на лице алхимика широкую улыбку. – Если нужны какие-то доказательства моей гипотезы, то вот оно. Новая порода титанов, скрытая в вонючих джунглях Хураки.

— Но сейчас их здесь нет, правда? – непривычно тихо спросила Белиза. – Они же умерли, да?

— Конечно умерли, – огрызнулась Тайли. – Глупая девчонка. Будь отанимы живы сейчас, о них бы все знали. А теперь достань из своего мешка мой дневник. Я хочу записать свои первые впечатления.

Белиза ничего не сказала в ответ, но Каэто увидел, как ее рука скрытно сделала несколько ловких движений, которые мог прочесть только он. «Поцелуй меня в задницу, старая летучая мышь».

Пока Белиза и Тайли занимались дневником, Каэто прошелся дальше, всем телом чувствуя взгляд крылатой статуи. На краю туннеля он остановился: внутри было темно и почти ничего не видно, но ему показалось, что на стенах есть какие-то барельефы, а пол подозрительно чистый, как будто его недавно мели. «Странно, – подумал он. – Джунгли, конечно, далеко, но ведь прошло немало времени. Какой-нибудь мусор должен был накопиться: сухие листья, мертвые жуки, пыль». Но пол туннеля был чист. Каэто решил вернуться и рассказать об этом Тайли. Поворачиваясь, он краем глаза уловил какое-то движение, как будто кто-то скользнул позади домов, мимо которых они шли недавно. Каэто замер, внимательно обшаривая глазами все вокруг и прислушиваясь к шорохам и завыванию ветра.

— Жук, наверное, пролетел, – сказал он наконец сам себе.

Однако ощущение чужого взгляда между лопатками стало только сильнее. Каэто вернулся к Тайли и Белизе. Алхимик, сидя на земле, быстро рисовала в дневнике очертания статуи. Рисунок выходил четким и точным.

— Посланник, – сказала она приказным тоном, не отрывая взгляда от статуи. – Сегодня я сделаю зарисовки системы туннелей снаружи. Завтра мы вернемся и исследуем их внутри. Вы догадались взять факелы?

— Да, – ответил он. – Много.

Он снова почувствовал спиной чужой взгляд и обернулся, чтобы посмотреть на одно из дальних зданий. Окна там давно были выбиты и пусты, но Каэто не мог отделаться от ощущения, что еще секунду назад там кто-то стоял. Значит, пора готовиться к веселому занятию – вздрагивать при виде любой тени.

Потому что они в городе не одни.

— Брокен мертва?

Инис опустила голову. На обратном пути они с Т’руук сделали остановку, и она смыла засохшую кровь со своих рук, но ей все равно казалось, что все грифоны видят красные следы. «Неужели так будет всегда? – в отчаянии подумала она. – Кровь грифона на моих руках и осуждающие взгляды?» Ведьму-провидицу Фрост они нашли в самом сердце владений краеходов, на леднике в бледно-голубом озере, где она, похоже, спорила с другими грифонами, среди которых был Скри. Он нахмурился, когда они приземлились. Инис рассказала им, что случилось, мучительно выдавливая из себя слова о том, как Брокен упала и истекла кровью. Когда девушка добралась до повествования о предсмертном ритуале, Т’руук, к ее удивлению, перебила ее и рассказала всем, как ее сестра выполнила просьбу Брокен и позаботилась о том, чтобы смертельно раненная грифоница покинула этот мир как положено. Кто-то шумно выдохнул, кто-то сердито защелкал клювом, и только Фрост не отреагировала.