Книга Сестра грифонам, страница 142 – Джен Уильямс

Но Левен не сводила глаз с бабочки.

— Посмотри, какая красавица! Я никогда такого цвета не видела. А ты?

— Я уже много раз видел бабочек именно такого цвета.

Левен повернулась к молодому друину и увидела на его лице странное выражение, словно он увидел что-то забавное там, где не ожидал. Левен выпрямилась, чувствуя, что краснеет.

— Где этот ручей?

Она шла за Киллианом туда, где журчала узкая ленточка воды, а сама все оглядывалась на бабочку. Ей вдруг пришло в голову, что впервые за много лет у нее нашлось время остановиться для того, чтобы просто полюбоваться какой-то бабочкой. Когда она была герольдом, у нее не было возможности любоваться природой. Проявление чрезмерного интереса к неосвященным землям считалось в армии империи в лучшем случае позором, а в худшем – разновидностью государственной измены. Но здесь, на Бретлении, она наконец свободна от безжалостного взгляда Босс. Она может останавливаться где захочет и разглядывать все, что хочет. Или просто слушать тишину.

— С тобой все хорошо?

Левен поняла, что снова смотрит в пространство. Киллиан склонился над ручьем, осторожно наполняя водой один бурдюк. Левен взяла второй и присела у воды на корточки.

— Да. Просто отлично.

— Рука не болит?

Левен вытянула руку и пошевелила пальцами.

— Почти как новая. Одно из преимуществ герольдов – на нас все быстро заживает. Просто я… – Она усмехнулась и покачала головой. – Здесь так тихо. Мне кажется, такой тишины, как здесь, я не слышала никогда в жизни.

— Неужели во время военных походов ты никогда не проходила через лес?

— Проходила, конечно, но там всегда было чем заняться – лагерь разбить, свернуть, еду добыть, приготовить, потренироваться…

— Поубивать местных.

Левен встала и вытерла мокрые руки о штаны.

— Значит, ты все же не даешь мне второй шанс, так, Киллиан?

Он завязал бурдюки с водой.

— Не знаю, есть ли у меня такое право, но одно я могу сказать тебе наверняка: империю не любят. По крайней мере, здесь, у нас.

— Я же не империя. Я просто… хотя какая разница. Но если ты так сильно ненавидишь меня, Киллиан, тогда зачем ты вылечил мне руку? Просто сказал бы Эпоне, что ты не знаешь противоядия от этой отравы, и дал бы мне умереть.

Говоря это, она смотрела ему в лицо, полускрытое прядями упавших на лоб длинных волос. Из-за них, как и из-за рогов, он показался ей похожим на зверя. Зеленоватый лесной свет только усиливал впечатление.

«Какая мне разница, что он обо мне думает? – пришла к ней мысль, продолжение которой прозвучало голосом Босс: – Бретленскому дикарю не понять могущества и славы империи».

— Наверное, потому, что я не хочу лишать кого-то жизни, – сказал он наконец. – Даже тебя.

Левен нахмурилась и сжала кулаки.

— Ясно. В следующий раз можешь не утруждаться. Герольды крепче, чем ты думаешь, и…

Она потеряла дар речи, когда Киллиана накрыла черная тень. Из-за его плеча в просвете между деревьями возникла огромная неуклюжая фигура с лосиным черепом вместо морды. В пустых глазницах светились две зеленые точки, а шкура шевелилась так, словно кишела тысячами мелких существ.

Киллиан, по выражению лица Левен догадавшись о появлении существа, прикоснулся пальцем к губам.

— Не двигайся, – прошептал он.

— Если эта тварь бросится на меня, я еще как буду двигаться, – прошептала она в ответ.