Книга Сестра грифонам, страница 11 – Джен Уильямс

Юстиния фыркнула:

— Все должно проводиться в строжайшей тайне, а это значит, что на каждом корабле должны присутствовать наши люди, портовых служащих придется подкупить, чтобы они не слишком внимательно досматривали наш груз, пока его будут перекладывать в фургоны, которым предстоит проделать долгий путь по опасной местности. Даже в том случае, если удастся нанять и подкупить всех, риск все равно остается. Поэтому, – он сделал паузу, не зная, как будет воспринята следующая информация, – боюсь, мы должны либо сократить число вовлеченных в это дело людей, либо повысить суммы подкупа. Невозможно предсказать уровень возмущения, если хотя бы часть нашей затеи выплывет наружу.

— Конечно, – с горечью ответила Юстиния. – О титанах никто ничего не должен знать.

— Это неудобно для дела, однако всегда надо помнить о том, сколько культур и народов охватывает империя, – сказал Каэто. Он не удержался от соблазна напомнить об этом, хотя и деликатно. – Титанов считают священными существами по всей Эноне, император. Даже здесь, в Стратуме, о них думают как о благотворителях – именно они подарили нам историю, предания, первые искры алхимии. Они дали нам язык. Они – боги, которые жили среди нас.

— Да, да, конечно. Я все помню.

Пальцы Юстинии нырнули в золотую вазочку с сухофруктами, стоявшую перед ней на столе, и начали перебирать темные засахаренные кусочки, выискивая среди них сушеное сладкое яблоко. Каэто знал, что это любимое лакомство Юстинии, поскольку знать такие вещи входило в его обязанности – вдруг ему когда-нибудь придется отравить императора.

— Давай вернемся к Форо. Я полагаю, ты знаешь, где его найти?

— Да, император.

— Тогда займись им.

— Не пристало мне подвергать сомнению ваши приказы…

Юстиния рассмеялась. Она нашла кусочек сладкого яблока, кинула его в рот и некоторое время с удовольствием жевала.

— А что, собственно, пристало посланнику? Как знать? – Она пренебрежительно махнула рукой. – Продолжай. Говори, что ты хочешь сказать, Каэто. Я же знаю, что ты все равно это скажешь.

— С герольдами нужно действовать осторожно.

Он сделал паузу, позволив сказанному на мгновение повиснуть в воздухе. Он знал, что у Юстинии свое мнение о них; из темного угла внутреннего балкона он наблюдал ее разговор с императрицей и помнил, каким злым и замкнутым было тогда ее лицо.

— Императрица понимает, что они герои для народа империи. Их чествуют все, кого уже освятил ее звездный свет.

— А я, значит, не понимаю. Ты это хочешь сказать?

— Я лишь хочу напомнить вам о деликатности существующей ситуации. Соглашение было… – Он сделал паузу, подбирая слова. – Было решено, что одновременная смерть всех герольдов вызовет слишком много подозрений и вопросов. Поэтому следует соблюдать осторожность.

— Селестиния уже много лет не покидает своего дворца. Она забыла, каковы люди, Каэто. – Юстиния подняла на него сияющие темные глаза. – Люди забудут про освящающих герольдов, как только случится другая война или свадьба, которая их отвлечет, а войн и свадеб, как правило, долго ждать не приходится. А пока мы отпустили этих опасных людей на свободу. И они унесли с собой секреты империи. Освящающий Форти считает, что его болезнь вызвана магией герольдов, и зашел так далеко, что заговорил об этом с другим герольдом. Он опасен для нас, Каэто. Кроме того, он все равно умирает. – Юстиния понизила голос. – Мы должны были решить эту проблему еще несколько месяцев назад, одним ударом, но тогда Селестиния и слышать об этом не хотела. Теперь нам придется разбираться с каждым поодиночке, отслеживая, когда им станет хуже. И кто теперь должен пачкать руки? Ты да я, Каэто.