Книга Еще раз уйти, чтобы вернуться, страница 184 – Ольга Соврикова

Не получилось у народа повеселиться, как задумывали они. Зато получилось у меня. А всем остальным просто пришлось стать свидетелями небывалого. Того, как останавливается смерч, налетевший на столицу, ударяясь о ворота дворца. А еще того, как опадают его вихревые кольца, оставляя на дороге совершенно невредимую старуху с клюкой в одной руке и небольшой корзиной в другой. За ее неторопливым продвижением от ворот во дворец наблюдало уже вдвое больше народу, начиная стражниками, заканчивая любопытной прислугой. И никто не посмел заступить ей дорогу! Тишина стояла просто оглушающая. Перестали орать даже те, кому посчастливилось стать «украшением» столицы. Да даже после того, как она скрылась за дверями парадного входа во дворец, никто еще долго не смел ступить там, где она прошла.

Завернувшись в кокон силы, словно в доспехи, я не торопясь шествовала по дворцовым коридорам. Тьма стелилась мне под ноги, словно живой ковер, показывая дорогу, а также служа при этом дополнительной защитой. Пытались ли меня остановить? А как же? Конечно, пытались. Да только фиг им… Тьма была настроена решительно. Она даже мне до конца не доверяла, хоть и видела, что благодаря ее усилиям, ко мне не только из стражников подойти никто не может, но и маги бессильны тоже.

Вот только продолжать торопиться, на мой взгляд, причин уже не было. Но это я так считала, а богиня очень болезненно реагировала на любую попытку меня остановить. Итогом ее раздражения стал очередной катаклизм. Дворец затянула тьма, темная, непроглядная, и к тому моменту, когда я наконец-то добралась до «законсервированной» тушки его величества, он опустел.

Но… найти-то я его нашла, а вот осмотреть не смогла. Влюбленная истеричка не соглашалась его из своих «пеленок» разворачивать. Счет, видите ли, тогда пойдет на минуты. Хорошо хоть я, приемное дитя Земли, нашла способ удаленного осмотра. А что? Проекцию страдальца она же мне с легкостью показать могла бы? Могла, и сделала. Каждому повреждению, каждой царапине внимание уделила. Ну, а я что? Я внимала, запоминала, выстраивала их в ряд, начиная с самых проблемных и опасных, заканчивая незначительными, боясь пропустить что-то критичное. А то ж, влюбленная баба, она такая богиня… хоть и записалась самовольно в мои подруги, но при случае так врежет, что пойдут клочки по закоулочкам.

Ну вот, я готова. Силы тёмные при этом такие вокруг сконцентрировались, что я за целость остатков дворца, не доломанного, беспокоиться начала. И все же… а она все тянет и тянет. Нет, решилась наконец, разворачивает, я подхватываю и при этом прошу, заклинаю, требую, нашептываю.

Сколько прошло времени? Много, очень много. Устала, честно говоря, как собака бродячая, но удержала. Лежит вон теперь на своем ложе, словно красавица спящая. И я руку на отсечение готова дать, общается где-то там со свей рыженькой. Ну и пусть их. Паучка Тьма, как успокоится, сама починит, он-то полностью из нитей тьмы состоит, а мне, наверное, стоит уйти по-английски, не прощаясь. Пока народ в шоке, пока этой парочке не до меня, нужно «делать ноги». Пусть минует меня королевское любопытство и королевская же благодарность. Забыла ли я про своего темного? Нет конечно же, но физически он не пострадал, ему еще пред Тьмой ответ держать придется, и судьбу его будет она решать. «Мавр сделал свое дело, мавр может отвалить», – смеются русские. Вот я и сваливаю. Но, идя к выходу, не мешало бы мне оглядеться, под ноги посмотреть. Корзинка-то, взятая мной для антуража, пуста, пара тряпок не в счет. Да, я права, я всегда права, почти… Трофеи – это святое, а справедливая оплата усилий сильной ведьмы – очень святое дело. И вообще, мародерство – наше всё.