Книга Затмение; Год 1666 – Часть 4, страница 72 – Нора Ольвич

Голос полный горечи и несчастья резанул по сердцу.

— Мне нужно в город в лавку травницы. И я прошу вас сопроводить меня вместе с охраной и сеньорой Эстер Аранда, ведь вы хорошо успели изучить торговую площадь?

Он словно огромный зверь перед прыжком, замер.

— Мне отказано в общении с вашей семьёй, донна Каталина. Мой переезд на виллу невозможен.

— Я считаю, это произошло весьма преждевременно, леди Вайолет я надеюсь, удалилась во Францию?

— Тётушка приняла католичество и постриг в монастыре Непорочного зачатия. Да, это Франция. Я лично её отвёз и передал в заботливые руки матери настоятельницы. Она действительно, как оказалось, с лёгкостью меняла вероисповедание на протяжении всей своей жизни и согласна была на вечное покаяние в удалённой обители. Князь Луи I, решая судьбу этой женщины настаивал на тюремном заключении для неё. Но был выбор… и, смягчая приговор его светлости, мы остановились на монашестве.

— Я нуждаюсь в сопровождении и всеобщее мнение о моей безупречности давно уже пора развеять. Человек, он совершенен, как создание Всевышнего, как носитель искры от всеобщей энергии Вселенной, но Он так неидеален в помыслах своих, что вы скажете на эту гипотезу, мой Лорд?

Он не отрывал взора от лица, склоняясь в поцелуе к пальчикам практически ещё девочки, стоящей перед ним на берегу океана и рассуждающей на не совсем понятном для него языке о вечном.

Это был пакт о ненападении, о сотрудничестве и, возможно, дружбе. Мне необходима была его помощь.

«— вы были прекрасны в своей искренности моя Донна».

«— я не полюблю вас вновь, оставьте свои заключения для другой…»!

«— я отвергнут навсегда»?

«— поговорим об этом после».

Он смеялся щебетом маленьких птичек, что резвились в прибрежных кустах разросшегося шиповника. И пытался ласково прикоснуться к щеке лучиком тёплого весеннего солнца.

«— как вы изменчивы и капризны моя прелесть».

* * *

— Собери мне волосы в тугую косу, — шептала её светлость графиня делла Гутьеррес, готовясь к прогулке с милордом.

— В прошлый раз пряди выпали из причёски, было так неловко, они касались его лица.

Это сложно было назвать прогулками, и всё же…

Милорд в хорошую погоду выносил на руках свою добычу, я не могу сказать иначе, именно добычу; и я так же не могу определить эти действия как романтические.

Увы, милорд не походил в этот момент на рыцаря. Возможно, на встревоженного супруга — наседку, до безумия любящего свою спутницу жизни. Дай ему волю, он смог бы, наверное, не отпускать её с рук вечно. Но до этого было весьма далеко. Дениза и не подозревала в каком ключе были мои мысли. Она только понимала, что контактировать с ней могут только те люди, что и прежде. Дабы исключить возможность заражения; ведь под рукой не было лабораторий и специалистов, получивших образование в области современной когда-то медицины.

Даже самый простой поселковый врач двадцать первого столетия, был бы сейчас просто находкой. Нужно было исключить оспу. Хотя, как уже ранее говорилось, перенеся после сильного переохлаждения когда-то такое же заболевание на травмированном участке бедра, я его узнала сразу.

Однозначно не боялась заразиться оспой, надеялась на свою прививку, полученную в детстве. Милорд Ренделл переболел ею в своё время и остался жив, заполучив, надеюсь иммунитет на всю жизнь.