Книга Затмение; Год 1666 – Часть 4, страница 11 – Нора Ольвич

— Ты использовала Его, я правильно поняла?

Голос донны Каталины уже не был таким сонным.

Раскладывая одежды на кушетку за ширмой, я выскочила оттуда как ошпаренная, запинаясь о толстый ковёр на полу. И будто вся эта суета вмиг замерла. И я уже утвердительно медленно киваю. Желая доверить Каталине самое сокровенное.

— Расскажешь?

Подошла ближе.

— Конечно, расскажу. Но она выжила… — прошептала, таинственно смотря на девочку.

— Что-то не так было с ядом, или я неправильно заполнила резервуар в перстне. У тебя на пальчике не то украшение, но очень похожее. Ведь то я тебе не отдавала.

— Не то. Правильно, я сделала другой, более удобный в использовании.

Девочка, зевнув-таки, отдёрнула полог, закрывающий моё спальное место. Взобравшись на него, уселась грациозно и стала аккуратно расслаблять причёску, вытаскивая из неё шпильки. Кольцо таинственно сверкнуло в полумраке алькова.

— Этот сапфир, он мне сразу приглянулся, и он явно из Танзании, и круче того, что у тебя на перстне. Его переливы завораживают. Возможно это редкий танзанит.

Она уже заворачивалась в шёлковое покрывало, а я, не отрываясь, смотрела на это создание. Понимая, что в этом своём перерождении, пережив свою мнимую смерть в горах, Каталина другая.

Она действует молниеносно, устраняя врагов и в каждый раз надеется зажить спокойно, полностью отдаваясь творчеству, своим камешкам и изделиям из них.

— Ты воспользовалась им?

Мой вопрос повис тихим шёпотом.

— Да.

— Сколько у синьора-гостя осталось времени?

— Того времени, что отвела ему судьба в этом мире? Хм, он будет жить, надеюсь, что долго. Только забудет, многое.

Как она безразлична к тому, что сделала. Тихо говорит, будто с великим чувством исполненного долга. Присев на место для сна, придвинулась ближе к ней. Прилегла.

— Мы все пили кофе из одной турки, его готовили при нас, никаких подозрений. Свою дозу он получил в тот момент, когда, прикоснувшись губами к моей руке слегка оцарапал щёку. Просто не сдержан в выпивке, и всё. Так можно подумать.

Из всех гостей, именно этот далеко не прост, все остальные глупые придворные гордецы. Как выяснилось после, он даже не Торризи.

Француз. Ален-Луи д’Лафонтен будущий зять рода нашей венецианской родни. Уже и не вспомню кто у него там в невестах из Торризи. Хорошо, если он и сам не забудет о ней после длительного сна. Не нужно им было оказывать нам такую честь и устраивать сие посещение.

Вино мужчин делает глупыми идиотами. Тем более дегустация многих сортов шотландского виски. А если они и ещё очень самолюбивы, то это просто находка для врага. Мне нужно обдумать кое-какие наблюдения. И я тебе после расскажу кое о чём.

А далее взяв мою ладонь в ручки и прижав её к себе, она очень ровно задышала, расположив веером на щёчках густые, длинные ресницы.

«— … кто этот француз д’Лафонтен, какой пронзительный у него взор, и как ловко он за спиной у синьора Торризи осматривал всё вокруг, вычислив сразу графа Эдуарда. Не стоит нам задерживаться в Испании, отдадим корреспонденцию и в путь, Прованс явно заждался нас».

Не буду рассказывать обо всём путешествии подробно. Мы всё же задержались в своём имении в Испании, пережидая сильные шторма Средиземноморья на суше в удивительном строении, которым так восторгалась юная донна Каталина. Этот марокканский проект навевал на нас самые романтические мысли.