Книга Не про Любовь!, страница 117 – Нора Ольвич

Ощутила, что мои пальцы сжимают нечто. Очень чуждое для этого века.

То, что я оставила под лавочкой в парке на набережной почти полгода назад.

Глава 24

На широком дубовом столе, утопающем в полумраке кабинета, лежат стопки писем, бумаг и конвертов, так и не распечатанных никем. Они всё ещё ожидают своего часа, притягивая к себе и делая приземлёнными желания.

В этот день, они, лишая воли, мешают услышать голос интуиции. Приходится концентрироваться на чужих интересах, написанных чернилами, упуская из вида собственные.

Так бывает…

Увы.

За окнами день, но портьеры плотно сдвинуты, позволяя лишь нескольким полоскам уличного света проникнуть внутрь.

Загадочная игра теней.

Вот они — расчёты и таблицы, написанные чётким почерком одной из сестёр: - рост курса фунта стерлингов относительно валют Франции и Российской империи. Его еженедельная фиксация. Это целая наука, которой любит заниматься втайне от многих старшая леди Данбарская.

Но самым любопытным документом был листок с неясными предположениями Аиды, почёрканный будто рукой вчерашней выпускницы школы экономистов. Это её предположения, что с началом военных кампаний Наполеона французская новая валюта начнёт расти в цене, укрепляясь пропорционально числу захваченных им территорий.

Но Наполеон, он ещё пока только у начала своего пути.

Однако ходят слухи, что Лондон-банк скоро прекратит обмен бумажных ассигнаций на золотые слитки.

И это очень, очень плохо. Как же всё правильно рассчитать и обменять?

А в центре стола – итог всей композиции, тёмный предмет, никчёмный на первый взгляд. Просто прямоугольник величиной с ладонь. Именно на него смотрят две девушки, едва различимые в сумраке, созданном закрытыми шторами.

«- потухший экран телефона - вот он квадрат Малевича, только не квадрат – прямоугольник, ну это у всех по-разному».

«- гений, живший в начале двадцатого века и знавший наперёд многое»?!

«- все знаменитые его четыре квадрата, это по сути экраны потухших гаджетов» …

Леди, сидевшим в этой комнате, не нужно говорить, достаточно мыслить. Их глаза внимательно и сосредоточенно ищут молчаливые ответы, словно пытаясь разглядеть перспективу будущего, которая покажет, как изменится их жизнь в ближайшие годы. Но будущее, никогда на самом деле не подчинялось привычным законам мироустройства. Оно, развиваясь по какой-то собственной логике, поднимаясь по спирали, всегда стремится к прорыву в другое измерение.

Оно, это будущее иногда связано с таким чувством, как любовь.

Но весьма на короткий момент страсти.

Весьма.

Их взгляды. Ох уж эти взгляды. Словно видят леди сквозь века, словно эта комната, шкаф с бумагами и закрытость помещения - часть ритуала. А каждая их мысль на самом деле очень далеко…

— Когда ты вновь сможешь попасть туда?

— Ты слышишь себя, Аида? Я теперь понимаю, что им всем нужно от меня. Могу ответить: - я не знаю. Я этим не управляю.

— С этого дня я переезжаю в покои, соседствующие с твоими, у нас будет одна гостиная на двоих. Мы вместе «должны попасть в твою квартиру и вернуться обратно в этот дом».

— Зачем? Как это сделать?

— Не знаю, как это сделать. Мне нужны данные о плавающем фунте Великобритании в период наполеоновских войн. Примерно за период с этого: - одна тысяча семьсот девяностого года, хотя бы на двадцать лет вперёд. Мне нужен интернет! Попроси ту даму с платьем, у которого длинный шлейф, ты мне рассказала. Попроси проводить нас в будущее.