Книга Изгнанная в стужу. Попаданка начнёт с нуля, страница 30 – Анна Кривенко

Я развернулась и с легким удивлением уставилась на трех пожилых женщин, которые разглядывали меня с любопытством.

— Простите, барышня, что потревожили, — произнесла одна из них, мило улыбаясь, — но у меня с подругами завязался спор. Я утверждаю, что эти кружева, — она указала на моё платье, — привезены из-за границы. Люся считает, что такие узоры плетут на юге нашего княжества. А Зина уверяет, что это работа местных мастериц. Не могли бы вы просветить нас, чьих это рук дело?

Несколько мгновений я разглядывала женщин с удивлением. Их действительно интересовали исключительно кружева?

Глава 13. Неприличное предложение...

Баронесса Софья Андреевна Голицына и её подруги, Людмила и Зинаида, действительно интересовались исключительно кружевами. Они так восхищались ими, так вздыхали, что я невольно умилилась.

— Милочка, так расскажите, пожалуйста, как нам приобрести нечто подобное?

Я несколько растерялась, но сердце застучало быстрее. А ведь передо мной открывались возможности. Значит, этот приём оказался для меня не таким уж пустым делом.

Мыслительный процесс заработал на полную катушку. Если я приобрету богатых клиентов, мне откроется путь в высшее общество, а это уже попахивало удачей.

Я мило улыбнулась и произнесла:

— Уважаемые дамы, конечно же, я могу поделиться с вами контактами. Чтобы упростить весь процесс, я буду выступать посредником между вами и вязальщицей. Вы можете передавать мне свои заказы и пожелания, и всё будет выполнено в наилучшем качестве.

Женщины переглянулись.

— Правда? Вы будете заниматься посредничеством? Почему?

Вопрос был закономерен.

Я улыбнулась шире:

— Эта рукодельница — настоящий бриллиант для мира моды. Мне не хотелось бы, чтобы о ней узнали раньше, чем она определится, с кем будет сотрудничать. Ну, вы понимаете…

— Понимаем, — протянула Софья Андреевна, лукаво улыбнувшись. — Что ж, ваше право. Если вы действительно единолично открыли такой талант, значит, вам её и курировать. Давайте встретимся где-то через месяц. К этому времени мы с подругами решим, какие именно украшения и изделия хотим видеть в своём гардеробе.

Я, конечно, немного огорчилась, что ждать придётся ещё целый месяц, но всё равно это было замечательное и перспективное дело.

Мило поболтав с женщинами ещё некоторое время, я наконец попрощалась с ними и вернулась на своё место.

Оставшаяся часть вечера прошла довольно скучно и обыденно. Деверя я мельком видела то здесь, то там, но он уже не обращал на меня никакого внимания, и это, честно говоря, радовало.

Всякий раз, когда я глядела на него, меня начинали разрывать слишком противоречивые чувства. Я нынешняя его совершенно не переваривала: хам и грубиян. Но что-то во мне, оставшееся, видимо, от прежней хозяйки тела, трепетало всякий раз, когда мои глаза останавливались на его лице. И это раздражало больше всего.

Как? Как можно было влюбиться в подобного человека? Он же просто отвратительный!

Наконец часы пробили полночь, и я начала всерьёз задумываться о том, чтобы покинуть приём. Думаю, дело своё я сделала: перед глазами многочисленных аристократов показалась. Дальше уж Геннадий Филимонович как-нибудь разберётся сам.

Конечно, стоило бы его найти и сообщить об этом. Правда, как я буду добираться обратно? Можно воспользоваться его же каретой, а потом вернуть её. Заплачу кучеру из своих сбережений — и все дела.