Книга Измена. Ты узнала правду, страница 32 – Тата Ос

— Привет, Даша, — говорю я. — Я много о тебе слышала.

— А я о вас, — отвечает она серьёзно. — Папа сказал, вы красивая. Это правда.

Я смеюсь, и лёд первой неловкости трескается. Достаю из пакета плюшевого кота.

— Это тебе. Маленький друг.

Она берёт игрушку, разглядывает и вдруг прижимает к груди:

— Мягкий. Спасибо.

— Пожалуйста.

Дмитрий смотрит на нас с тёплой улыбкой, и я понимаю: первый шаг сделан. Самый трудный и самый важный.

Мы идём в парк. Даша тянет нас к колесу обозрения, потом к карусели с лошадками, потом к тиру, где можно выбить приз. Она скачет впереди, оборачивается, зовёт папу, а меня — пока нет. Но я не обижаюсь. Я гость. Девочка должна привыкнуть.

На карусели мы сидим втроём: Даша на лошадке, мы с Дмитрием — на скамейке позади. Музыка играет старую мелодию из советского мультфильма, снег скрипит под полозьями, а Даша хохочет и машет рукой воображаемой публике. Я смотрю на неё и чувствую странное, давно забытое тепло. Дети — это жизнь, продолженная в другом человеке. Когда-то я думала, что у меня будет ребёнок. Не сложилось. Но, может быть, жизнь дала мне второй шанс — не родить, но быть рядом.

После карусели мы покупаем горячий шоколад и садимся на скамейку. Даша осторожно пробует напиток и морщится:

— Горячо!

— Подуй, — советую я автоматически. — Вот так.

Я показываю, как дую на свою кружку, и она повторяет за мной. Пара секунд, и она уже пьёт, смешно вытягивая губы трубочкой. Дмитрий сидит рядом и молчит, но я чувствую его взгляд. Благодарный. Облегчённый. Счастливый.

— А кем вы работаете? — спрашивает Даша, когда шоколад допит.

— Я начальник отдела продаж в большой компании. Занимаюсь тем, что помогаю людям договариваться.

— Как учительница?

— Немного. Только я не ставлю оценки.

— А папа говорит, что вы умная.

Я смотрю на Дмитрия, и он слегка пожимает плечами: «Ну да, говорил». Мне приятно до кончиков пальцев.

Мы идём гулять дальше, и Даша постепенно оттаивает. Она начинает задавать вопросы — обычные детские «почему небо синее», «почему снег скрипит», «почему у вас нет детей». Последний вопрос застаёт меня врасплох. На секунду я замолкаю, а потом честно отвечаю:

— У меня были сложности со здоровьем. Но это ничего. У меня теперь есть ты и папа.

Даша обдумывает ответ и кивает. Принимает. Дети умеют принимать правду, если она сказана без притворства.

В какой-то момент она устаёт и просится на ручки к отцу. Дмитрий подхватывает её легко, привычным движением, и она прижимается щекой к его плечу. Я иду рядом, и мы смотримся со стороны как обычная семья. Папа, дочка и... кто я? Пока не мама. Но уже не чужая.

Вечером мы возвращаемся домой к Дмитрию — в его квартиру, где пахнет деревом и детством. Даша показывает мне свои рисунки: кошки, радуга, дом с трубой. Я хвалю каждый, и она сияет. Потом она идёт в свою комнату играть с новым плюшевым котом, а мы с Дмитрием остаёмся на кухне.

— Ну как? — спрашивает он.

— По-моему, хорошо, — отвечаю я. — Она чудесная.

— Она тебя приняла.

— Думаешь?

— Уверен. Когда ты присела на корточки и отдала ей кота — всё. Ты стала своей. Даша не лицемерит. Если бы ты ей не понравилась, она бы сказала прямо.

Я выдыхаю с облегчением. Груз, который я носила последние дни, падает с плеч. Знакомство состоялось. Маленькая девочка с бантиком пустила меня в своё сердце — или по крайней мере не захлопнула дверь.