Книга Неженка для адмиралов Дракара, страница 82 – Ева Енисеева

Свобода выбора? Казалось бы, да.

Но никто не говорил вслух, что равные права — ещё не значит равные силы.

Мужчины всё ещё были крепче. Быстрее. Жёстче. И если случалось что-то плохое — помощи женщине никто не обещал. Не было плеча, за которое можно спрятаться. Не было руки, которая прикроет. Только холодное «сама справляйся». А если не справилась — значит, «сама виновата». Как мама. Сколько раз я слышала эту фразу, вылетающую за нашей спиной, как приговор: Сама виновата. Тысячи раз…

Женщинам на Зайтерии разрешали всё. Но в этом узаконенном одиночестве ты всё равно оставалась слабым звеном.

Да, можно было быть дерзкой. Можно было быть умной, злой, бойкой. Но ночью, когда возвращаешься после рабочей смены по тёмным коридорам спального блока, всё равно идёшь быстрее. И сжимаешь в кармане нож или шокер, потому что знаешь: никто не придёт. Если что — ты одна. Если что… сама виновата.

И мечта о замужестве выцвела, потускнела… исчезла.

Я не знаю, как у других. После смерти мамы у меня не было особенных подруг, с кем можно было бы поговорить об этом. Но мне не нужно было это «равенство». Мне не хватало спины. Надёжной, широкой. Той, за которую можно спрятаться, когда рушится мир. Мне не хватало человека, который бы сказал:

— Ты сильная. Ты справишься. Но если не справишься — я поддержу. Я рядом, Майя. И всегда буду рядом.

Надеяться приходилось всегда только на себя. Но надежда это такое болезненное чувство…

— Майя, — позвал Кардан, прижимая меня крепче к себе, словно бы чувствуя, что я волнуюсь.

А у меня по щекам потекли слёзы. Непрошенные, незваные, горячие. Именно так ощущается, когда рушится твой внутренний мир. Только теперь рушится в правильном направлении.

— Майя, всё хорошо, ты больше никогда не будешь одна, слышишь?

Его хвост сжимал моё бедро, а руки оплетали талию. Кажется, он гладил меня по волосам, кажется, стирал мои слёзы.

Когда я встретила их, моих дракарианцев…

Что-то медленно растаяло у меня внутри. Эта броня от мира. Это «Я всё сама».

Неужели им и правда можно довериться? Неужели они не воспользуются моей уязвимостью? Неужели не захотят подчинить, сломать, подстроить?

Мэй, такой чуткий и мягкий. Кардан, такой холодный, но как оказалось, относящийся ко мне чуть ли не с благоговением… Тор. А каким будет он? Он ведь самый мощный среди них, самый необузданный и самый опасный для любой женщины из-за его откровенной силы…

Кардан развернул меня к себе.

Я не могла говорить, просто молчала, вдыхая его запах, впитывая тепло. Но он чувствовал мою тревогу. Мою растерянность. И заговорил первым.

— Для нас… — начал он негромко, перебирая пальцами пряди моих волос. — Илшари — это не просто союз. Не просто «жена». Это связь. На уровне крови. Души. Инстинкта. Это очень серьёзно, поэтому я не хотел поддаваться внутренним ощущениям. Хотел быть уверен, что это то самое, и хотел знать, выберешь ли ты нас. Илшарийская связь это про взаимность, Майя. Если ты нас выбираешь, то и мы тебя. И наоборот.

Я подняла глаза, полные слёз.

— Я знаю, на Зайтерии женщины очень независимые… — начал Кардан, а я зажмурилась от его слов.

Хотелось закричать, что нет, нет, нет! Что не хочу я быть независимой. Но и открыться тебе боюсь.

Кардан снова крепко прижал меня к себе.

— Ну что же ты молчишь, Илшари. Тебя так расстроил мой вопрос? Ты не хочешь быть нашей женой?