Онлайн книга «Скитальцы»
|
Потом я увидел ладони, покоящиеся у Тории на плечах. И поднял глаза. Декан Луаян, отец Тории и дед Аланы, стоял за спинкой кресла, и морщинистое лицо его было непроницаемым, как маска. И как-то само собой выяснилось, что, пока он там стоит, за госпожу Торию не надо опасаться. Черно да Скоро нервно, взахлеб рассмеялся: — Все здесь, все! Не отворачивайтесь, дражайший Орвин, предпоследний Прорицатель, ибо вас я приветствую тоже! Орвин сидел в углу, за туалетным столиком. И недоверчиво глядел на собственное отражение – темноволосый, изящный, нервный. Рука его то и дело трогала бледную шею – как будто в поисках несуществующего медальона. — Ты забыл поприветствовать меня, – желчно проскрипел тот, чья голова покоилась на широком воротнике. — Прошу прощения! – Чонотакс поклонился с нарочитым раскаянием на лице. – Приветствую вас, великий маг Бальтазарр Эст, славный не менее, а может быть, и более, нежели любой из здесь собравшихся… В противоположном углу тяжело завозился полковник Солль. С трудом поднялся на ноги; вероятно, у меня сейчас точно такое же лицо. Совершенно безумное… Я вдруг понял, что в комнате висит неестественная тишина. Ни звука со двора, ни дуновения ветра, ни стука двери в доме. И все чего-то ждут. Черно Да Скоро пошатнулся. Оперся о стол – и разом потерял всю свою веселость. — Вы призраки, – сказал он глухо. – Вы не в силах остановить меня… даже ты, Луаян. Твоей власти над Торией давно нет… — Ее и не было никогда, – возразил декан. – С тех пор, как Тория научилась самостоятельно одеваться и мыть руки… — Вы призраки, – упрямо повторил Чонотакс. – Я справился с живыми – вас не испугаюсь тем более. — Что? Ты НЕ СПРАВИЛСЯ с живыми, – услышал я собственный возмущенный голос. – Ты уже проиграл, ты… — С дороги! – Глаза Чонотакса вспыхнули. – С дороги, щенок, который выбрал свою смерть. С дороги, Легиар, или ты хочешь лишиться и второго глаза тоже?! Скиталец слепо шагнул вперед; почему-то напоминание о потерянном глазе Легиара задело его сильнее, чем непосредственная угроза миру… — Руал, – негромко сказал одноглазый. – Стоять. Я не думал, что Скиталец послушается, но он замер на месте, и тогда Ларт Легиар обернулся к Черно Да Скоро: — Хорошо… Ты, Чонотакс, если угодно. Если уместно называть тебя человеческим именем… попробуй. Попытайся. И они все встали. Встал Орлан, сидевший перед зеркалом. Поднялся Бальтазарр Эст, декан Луаян неохотно снял руки с плеч госпожи Тории и отступил к окну. Туда, где стоял, скрестив руки, Скиталец. Тогда я скрипнул зубами и с трудом, но распрямился тоже. Поднялся с пола и поднял Алану, и напротив выпрямился Солль и помог устоять хрупкой, как щепка, Танталь. Одна госпожа Тория оставалась сидеть. Одна неподвижная женщина в центре неровного человеческого кольца. — Попытайся! – сказал Легиар, и в голосе его не было больше ни доли светскости. – Попробуй! Ну?! Чонотакс обернулся к Тории. Бальтазарр Эст удержал Эгерта, бросившегося наперерез. Меня удержал Легиар, и пальцы его были как сталь. Чонотакс Оро, страшный, старый, никем не остановленный… А могли ли мы его остановить?! …шагнул к Тории Солль. Воздух в комнате сделался густым, как мед. Несладкий мед. Горький и тяжелый. Давящий. — Не дергайся. Он тебя убьет. – Обезображенное шрамами лицо Легиара было совсем рядом. |