Книга Скитальцы, страница 215 – Марина и Сергей Дяченко

Веревка на шее дернулась; откуда-то раздался топот ног и резкое: «Стоять!» Голову Солля пригнули к земле, потом он внезапно почувствовал свободу, рванулся, выпрямился; нищий, за которым волочился истлевший плащ, и сообщник его бегом удалялись по улочке, и топот кованых каблуков бился между глухих стен. Вот они скрылись за углом – и топот стал глуше, пока наконец не стих совсем.

В двух шагах на мостовой валялись веревка и несчастный Эгертов кошелек. Солль стоял, не в силах сделать и шага. Чья-то рука подняла кошелек с камней и протянула владельцу:

— Это ваш, не так ли?

Перед Соллем стоял невысокий, достаточно молодой человек в сером плаще с капюшоном. Эгерт невольно вздрогнул, узнав одеяние братства Лаш; чуть улыбнувшись, служитель священного привидения откинул капюшон со лба.

Теперь, когда лицо незнакомца полностью открылось, в облике его не осталось ничего зловещего или пугающего. Это был просто прохожий, и глаза его, серо-голубые, как у самого Эгерта, смотрели сочувственно:

— Это очень опасно… С полным кошельком нельзя забредать в безлюдные переулки, как же вы, молодежь, неосторожны…

Прохожий сказал «вы, молодежь», хотя сам был старше Солля не более чем на несколько лет.

— Они… ушли? – спросил Эгерт, будто не веря глазам.

Прохожий улыбнулся:

— Я спугнул их… Городские разбойники коварны и трусливы, а я, как видите, – он тронул свой капюшон, – обладаю некоторым авторитетом…

Прожив несколько месяцев в городе, Эгерт отлично понимал, что вид серого одеяния действительно способен обратить в бегство пару, а то и целую шайку разбойников. Он поспешно кивнул, не находя слов благодарности; с ободряющей улыбкой служитель Лаш снова протянул ему звякнувший кошелек.

— Это ведь все, что у меня есть… Спасибо… – пробормотал Эгерт, будто оправдываясь.

Прохожий кивнул, принимая благодарность:

— Деньги – не самое ценное… Вас могли убить.

— Спасибо, – горячо повторил Солль, не зная, что делать и что говорить дальше. – Вы… спасли меня, я, право, не знаю, как и благодарить.

Служитель Лаш рассмеялся – беззвучно, заразительно:

— Не стоит… Честные люди должны выручать друг друга, иначе мошенники и негодяи сживут их со свету… Мое имя – Фагирра, брат Фагирра… А вы – горожанин?

Следуя традициям вежливости, Эгерт представился. Услыхав об университете, Фагирра выразил удовлетворение:

— О да, достойное место для достойных молодых людей… И каким же наукам вы отдаете предпочтение?

Эгерт смешался и выдавил наконец, что интересуется прежде всего историей. Фагирра понимающе кивнул:

— История, пожалуй, и есть самая интересная из всех наук… Старинные сказания, книги о воинах, героях, правителях, магах… Кстати, мне думается, что именно почтенный декан Луаян привил вам такую любовь к своему предмету?

Теперь обрадовался Эгерт – как, господин Фагирра знает господина декана?

Служитель Лаш мягко поправил Солля: во-первых, его следует называть брат Фагирра, а во-вторых, сам он не имел чести быть знакомым с деканом; впрочем, слух о мудрости господина Луаяна давно уже вышел за пределы университетских стен.

Они давно уже приятельски беседовали, прогуливаясь из переулка в переулок. Соллю казалось странным, что он вот так, запросто, разговаривает с человеком в сером плаще. До сих пор воинство Лаш представлялось ему страшноватым, недоступным для простых смертных сообществом; поколебавшись, он признался в этом своему новому знакомцу, вызвав тем самым приступ Фагиррова веселья.