Книга Мир-ловушка, страница 128 – Константин Муравьев

М-да. И кто, интересно, все эти взаимодействия изучал? Ведь их неимоверное множество. Одну и ту же реакцию можно получить сотней, если не тысячей, способов. Но, тем не менее, кто-то все это исследовал, и я теперь могу пользоваться уже готовыми рецептами.

Для ритуалистики было правильнее использовать именно подобный термин. Это не реакция, это именно рецепт ее составления. А реакция уже отработает самостоятельно, после активации ритуала.

— Все, — сказал я, обращаясь к Гаагу, — теперь ты мой слуга. — И посмотрев на все еще еле держащегося на ногах тарка, поднял его и засунул к себе в рюкзак. — Так будет быстрее. Сиди тихо, не высовывайся пока. Потом решим, как быть с тобой дальше.

После чего я еще раз огляделся, понял, что тут мне делать больше нечего, и побежал нагонять наш отряд. Я и так задержался тут с этим ритуалом. А еще я так и не поговорил с вампирами и орками о раакшасах, которых встретил в нашем лагере. Если они как-то связаны с карлонгами, то это необходимо выяснить. Только вот, сдается мне, что если это и они, то действуют тут примерно так же, как и в Содружестве. А значит, выйти на них можно лишь через этих их слуг.

Но мы разберемся с этим. А пока вперед. И я припустил между деревьями, двигаясь по тропе, вслед за ушедшим вперед отрядом.

* * *

Гааг не понимал, как он остался жив, но почему-то он своему новому хозяину верил гораздо больше, чем тем, кто его когда-то создал. Он не знал, кем они являлись на самом деле, но понимал одно: они никогда не щадили тех, кто провинился перед ними или попадал к ним в руки. И уж он точно знал, что они никогда не оставляли в живых своих врагов. И одно это уже отличало их от того, кого он встретил.

А потому сейчас он молча лежал в странной сумке этого непонятного… кто он такой, тарк так и не смог определить, он не знал такой расы среди людей… и ожидал того, что же с ним произойдёт дальше.

Он не знал, как называется это чувство, которое сейчас проснулось внутри него, но сразу поверил своему новому хозяину и был благодарен ему за тот второй шанс, что тот ему предоставил, хоть и на таких смертельно опасных условиях.

Неожиданно он встрепенулся. Гааг вспомнил то слово, которое могло обозначить его отношение к новому хозяину. Это именно то, чего от них так и не смогли добиться старые. И называли они это словом «преданность».

Неизвестная планета.

Леса на северной оконечности континента.

Что-то около полутора часов спустя

— Так ты говоришь, что там были змеелицые? — уже в который раз переспросил у меня главный из орков.

— Да, — подтвердил я, — если мы говорим о чешуйчатых полулюдях, вечно ходящих в хламидах, с лицами, похожими на морду ящерицы, то это именно они. И да, их там было пятеро.

— Много, очень много, — протянул Шрам, глядя на Старика, — обычно можно встретить не больше двух. А тут сразу пятеро, да еще и с эльфами.

Говорили мы по дороге, направляясь в местный форпост, который орки именовали как Фортом, так и своим домом. Мы прошли еще немного в молчании, и орк опять обратился ко мне с вопросом:

— Ты не заметил ничего странного? Может, пока ты был у них в лагере, тебе удалось что-то выяснить? Например, куда они хотят идти дальше?

Почему-то никто из них даже не предполагал того, что вообще-то от этого отряда уже ничего не осталось. Но и я сам говорить об этом им ничего не стал. Меньше вопросов, да и мне так сподручнее. Больше узнаешь с каждой минутой.