Книга Доминум, страница 216 – Полина Граф

Внезапно вся нависшая над столом проекция сменила синий цвет на угрожающе красный. Стефан отпрянул от нее подальше.

— Что за черт?

— Проникновение! – воскликнула Тараре. – Но… это невозможно! Они неспособны!..

И тут двери резко распахнулись. В коридоре было темно, а потому вошедшая фигура озарялась лишь алым сиянием проекций. Эквилибрум медленно двинулся вперед, грозно и холодно оглядывая нас с высоты своего почтительного роста.

Едва Поллукс увидел вошедшего, как его лицо исказилось безмолвным потрясением, которого не смог добиться даже Гортрас.

— Как ты посмел прийти сюда?!

— Обстоятельства вынудили, – басовито прогудел вошедший. – Более того, я знаю, где на подчиненных лично тебе центрах «Белого луча» в защите имеется черный ход. Ты не изменяешь своим привычкам.

Рядом с Альдебараном Поллукс казался дышащим ему в грудь карликом. Звезды замерли друг напротив друга, только вот рыжеволосый дрожал от злобы, а второй бесстрастно взирал на него сверху вниз.

— Тараре, напомни мне потом изменить особенности защитных панелей, – натянуто сказал Поллукс, при этом состроив такое лицо, словно ему пришлось прожевать порцию черной гнили.

Мы – протекторы – глядели на все это с затаенным дыханием, боясь пошевелиться, только бы не привлечь внимания Альдебарана. Но серебристые глаза заоблачника скользнули ко мне, точно резанувший по воздуху клинок. Я замер.

— Ты больше не монструм. – Испещренное шрамами лицо нахмурилось. – Почему?

— Я еще раз повторяю: как ты посмел заявиться сюда, ты, кусок… – гневался Поллукс, и на его пальцах вспыхнули оранжевые искры.

— Я исполняю приказ Бетельгейзе Хранящей и пытаюсь спасти Антареса, старый друг, – вздохнул Альдебаран.

— Не друг я тебе, подстилка режима! – оскалился Опаленный.

Префект утомленно склонил голову, оценивающе рассматривая Поллукса.

— Ты так и не добрался до красного спектра.

Я уловил в его интонации не простую констатацию факта, а толику сожаления.

— Да неужели?! – взорвался рыжий. – А кто обрек меня на этот застой, не напомнишь?!

— Ты нарушил закон, Поллукс. Главный закон.

— Глупое, непродуманное и лишающее всякой свободы правило! – Тот нахально ткнул Альдебарана пальцем в грудь. – Ты уничтожил меня и мою жизнь! Лишил сил и генума! Мы же одной крови!

— И лишь потому, что ты мой брат, я не собираюсь тащить тебя как преступника Света на суд, – отметил эквилибрум.

Я лишь изумленно хлопал глазами, пытаясь переварить информацию, что префект Кальцеона, похоже, кровный брат одному из основателей «Белого луча».

— А мы можем ему доверять? – взволновалась Фри, скрещивая руки. – Он точно не последователь Зербрага? Или дэлар?

Поллукс рассмеялся на ее предположение.

— О Вселенная, вам что, в Соларуме все мыслительные процессы обрывают? – Он резко указал на префекта. – Он хоть и ублюдок редкостный, но не настолько, чтоб работать с Зербрагом.

Альдебаран вновь перевел на меня внимание и шагнул вперед. Он сделал жест, который использовали заоблачники при встречах и знакомствах: коснулся рукой грудины и протянул ее мне.

— Рад наконец-то встретиться.

Я убрал накопитель и пожал его ладонь, увидев душу, полную Света. Бесконечная снежная долина сверкала тысячами искр, черные тучи матовым покрывалом заволокли небо. Сквозь них изредка тянулись лучи ярчайшего цвета яичного желтка. Из снега вырывались каменные монументы воителей, застывших в яростном бою. Огромные массивные фигуры с яркими красными глазами. Все статуи были скованы старыми проржавелыми цепями, ветер качал их, наполняя долину тоскливым скрежетом и звоном. В самом центре было выжженное, идеально круглое, обугленное место. К нему были обращены воины, словно к цели, ради которой они отдали жизни. К центру круга тянулись и пленившие их цепи. Они плотно обвивали огромный вонзенный в землю меч, надколотый в нескольких местах и тупой от множества битв, к основанию которого стекалась серебряная кровь.