Книга Монструм, страница 82 – Полина Граф

— Они так и сделали. Только я не захотела ничего о себе узнавать. Даже имени своего настоящего не помню. Для себя я всегда была Фри – люмен-протектор под знаком Овна. Имя как-то само пришло, легло на язык. Конечно, хотелось узнать о прошлом хоть что-нибудь, но, возможно, если бы мне дали информацию о семье, то пришла бы реальная тоска. Она и сейчас есть, но ее легко отбросить. Так проще жить. Воспоминания делают из нас тех, кто мы есть, и, возможно, сама Вселенная хотела, чтобы для меня все началось с чистого листа. А старая я была не нужна в мире протекторов.

И тут я осознал, как же глупо себя повел в том лесу. Сказал Фри, что она не может меня понять. Но она не просто понимала. Она жила в неведении намного дольше меня.

— Черт, теперь я чувствую себя реальным скотом за то, что наговорил тебе раньше. Обычного «извини» тут маловато.

— Мне и его достаточно. Просто не поступай так больше.

В этом и была вся Фри – забывать о плохом и жить дальше, не оглядываясь назад. Возможно, мне стоило взять с нее пример.

— Но даже если для меня прошлое не так важно, то для тебя еще не все потеряно, – тихо произнесла она. – Все наладится. Я обещаю, что помогу тебе узреть Вселенную в ее истинном виде, несмотря ни на что.

Не знаю, сколько мы так с ней простояли. Просто молчали и смотрели, как начинается новый день. На душе стало необъяснимо легко, однако я понимал, что это продлится недолго. Скоро реальность напомнит о себе, и нам придется вернуться в привычный мир. Но это нас не волновало.

— Ну, где вы там? – в сотый раз поторопил Дан.

Утро выдалось зябким и сырым, хотя для ноября погода казалась на редкость теплой. Мы шли прочь от моего старого дома. Как оказалось, транзитом в нем было лучше не пользоваться – Соларум же в свое время наложил на жилище кучу защитных манипуляций, а значит, они могли сработать от любого странного явления, и протекторы бы об этом узнали.

— Он какой-то слишком бодрый, – раздраженно проворчала Фри. Она была накачана кофе по самое не горюй и злилась от недосыпа.

— Мы могли просто оставить его там, – вяло ответил я. К нехватке сна мне было не привыкать, но счастливая физиономия нашего спутника немного выводила из себя.

Тот шел чуть впереди, а потому не слышал наших причитаний. Синяк у него стал практически незаметен, зато рыбий душок остался, из-за чего он минут пятнадцать намыливал лицо, так что теперь, помимо трески, от него приторно несло еще и цитрусами.

— Ну что, готовы идти? – просиял Дан, потряхивая транзитом. – Или уже передумали?

— Закрой варежку, и погнали, – сказала Фри, вставая рядом с ним.

Дан внимательно посмотрел на нее.

— Помнишь, что делать? Точно справишься? Я сам мог бы все сделать, но раз ты настаиваешь…

Фри указала на меня.

— Манипулировать и делать защиту будет он. У него отлично выходит. И, Света ради, не поучай ни его, ни меня.

— Не поучать? Да как вы вообще выживете без меня?

— Я тебе сейчас втащу, – пригрозила Фри.

— Будто бы дотянешься, – ухмыльнулся Дан, возвышавшийся над ней, точно дерево.

— По ногам втащу.

Удостоверившись, что мы встали достаточно близко друг к другу, Дан разбил транзит о землю. Из банки вырвался густой фиолетовый дым и взвился вокруг нас плотными клубами, затмив утреннее солнце. Запах оказался едким, но терпимым.