Книга Монструм, страница 121 – Полина Граф

— Так ты будешь отвечать? – спросил Домирус.

— Да. – Я глянул на стол. – Да, я сожалею.

Планетар задержал взгляд на дыме и, подождав изменений пару секунд, потянулся к диску.

Произошедшее потрясло меня. Я совсем запутался.

В этот раз осколок задал планетару такой вопрос:

«Что намереваются сделать звезды с помощью информации о планетах?»

— Мне нельзя говорить об этом каким-то протекторам! – Домирус гневно вскинул голову.

— Тогда сдавайся, – с нарочитым дружелюбием предложил я.

Домирус осознал, что его загнали в угол, и встал.

— Это не твои вопросы, приземленный! Думаешь, я не догадался, что это дело рук Антареса?!

Остальные пораженно уставились на меня.

— И что? Я ответил на все вопросы, а это было главным правилом игры.

Он зло вздохнул.

— Я не отвечу.

Дан не удержался от смеха, когда дымок с яркой вспышкой позеленел. Фри тоже немного позлорадствовала. Домирус еле сдерживал гнев. Желчь выплескивалась через его глаза. Правильно их назвали зеркалом души.

— Женеви, держи наготове карты в том случае, если они понадобятся, – холодно сказал он, после чего окатил меня нескрываемым презрением. – Уговор есть уговор. Я помогу вам.

— Мне надо что-нибудь делать? – спросил я.

Планетар протянул ладонь.

— Только дать мне руку.

Его пальцы оказались сухими и холодными. Душой Домируса был тропический ливень, извергаемый тяжелыми бирюзовыми тучами. Он помнил тайны сотен проигравших. Домирус закрыл глаза и пару раз глубоко вздохнул. Метка на его грудине засияла, просвечивая через воротник, а когда Домирус поднял веки, красная радужка его глаз по-настоящему горела.

— Осколок твоей души, – начал он необычно блеклым голосом, – на Терре. И его легко найти, никакой серьезной защиты вокруг него нет.

Все разом навострили уши, а Домирус продолжил монотонно говорить:

— Камни, туман и темные стволы деревьев. В той области много мертвых растений, гибнущих от переизбытка Тьмы… Эквилибрис там сильно нарушен…

— Минуту, а что там находится? – Дан округлил глаза. – Тьма? Неужели котловина со сплитами?

Фри и Стефан засуетились.

— А может, падшие? – неуверенно высказалась наставница.

— Но они всегда хорошо прячутся, – задумчиво заметил Стефан.

Домирус гулял по нашим лицам невидящими глазами.

— Женеви, подай карту.

Комета быстро разложила на столе изображение Земли. Планетар взял стилус и стал водить им над бумагой, словно слепец. Его рука приблизилась к юго-восточной Европе.

— Город, но далеко. В основном лес. – Он светом начертил на карте точку и координаты. – Там твоя душа.

Не передать словами, какое облегчение я тогда испытал. Было плевать, что часть меня находится где-то далеко. Главное, что она существует.

— Вот это да! – воодушевился Дан, хлопнув по столу. – Это чертовский прорыв! Мы вернем Максимусу душу! Обследуем там все, обыщем…

— Слышь, стратег, – утомленно окликнул его Стефан. – Сейчас не об этом.

Он указал на Домируса. Тот все еще что-то искал на карте.

— Что он делает? – не поняла Фри. – Мы же определили, где осколок Макса.

— Он не закончил, – объяснила Женеви. – Если он продолжает искать, значит, это имеет отношение к делу.

И тут планетар ткнул стилусом куда-то в середину Атлантического океана. Без координат. И вымолвил:

— Не вижу.

— Чего не видишь? – уточнил Дан.

Домирус сморгнул с глаз пелену.