Книга Единичка, страница 74 – Элла Чак

— Ты учила управлять машиной, я помню.

Нэл вспоминала, как Ли выстроила для десятилетней племяшки из коробок подобие автомобильного салона. Педалями служили пустые консервные банки, а ручкой переключения передач – обломок швабры.

— Байк – это как половина машины. Справлюсь!

Она крутанула ключ в замке зажигания.

— Отлично! Завелся! Теперь педали.

Она уже собиралась надавить любую наугад. Походу разберется, которая тормоз, а какая газ. Оставалось только их отыскать, ведь педалей под ногами не оказалось.

— Эй, подруга, далеко собралась?

Скрестив перед собой руки, в проходе ангара стояла Лея:

— Ты кое-что забыла к этой штуке.

Лея подошла ближе, ехидно поглядывая на Нэл.

— Я уезжаю кататься! Можешь пойти и доложить Иванычу, Потапычу или Кириллычу, если тебе так спать спокойней!

— Ну да! Ты-то, наверное, хорошо спишь под амбарным замком?! – усмехнулась Лея. – Так и знала, что Кайл тебе все разболтает.

Нэл поспешила обелить его честь:

— Он ничего мне не говорил. Я пряталась на крыше поезда и подслушивала. А потом меня вызвал Иваныч.

Нэл все еще делала попытки разглядеть педали на странном приземистом байке.

— И что он тебе сказал?

— Что ты… поспешила с выводами. Иваныч знал Нестора. И его дочь. Он сказал, что она умерла. Ли не имеет к нему никакого отношения. Если она рыжая, еще не значит, что родственница.

— Иваныч знал его дочь?

— Сказал, что был ее крестным.

— Но ты все равно можешь быть изменницей!

— Могу. А ты? Ты разве не можешь?

— Что я?

— Или Рудо? Или Смит? Любой подходит, Лея! Нельзя всех подряд подозревать. Даже… Даже если Ли дочка Нестора, она могла работать на вас. Ее поступки определяют, а не родня. И не прошлое.

Лея уставилась на нее узкими глазами. Что-то в этой девчонке было не то. Слишком умная. Слишком рассудительная. Или Лея не замечала изъянов в самой себе? А ведь их было у нее с избытком.

Перекинув ногу через длинное потрескавшееся сиденье, Нэл делала вид, что изучает приборную доску и особо не торопится газовать.

— Отойди с дороги, Лея… я скоро… возможно… если захочу… куда-нибудь поеду…

— К нему бы снега, чтоб поехал. Это снегоход, а не байк, – пнула Лея металлические гусеницы. – А еще говорят, ты умная.

— Не особо. Но не переживай. Через год ты меня не увидишь.

— Это еще почему? Собралась сдохнуть в Секторе?

— Без Сектора, – быстро ответила Нэл.

— Что… Нэл… Как ты умудрилась?

— Ради жизни. Я спасла человека и не жалею.

Лея видела в глазах дикарки, что та не врет. У нее на самом деле Единичка. Точно так же смотрел на Нэл Смит, желающий одного – не потратить последнее прикосновение зря.

Лея начала ходить между старых байков, в которых весьма неплохо разбиралась:

— Штаб несет потери, Нэл. Может, ты права, и кто-то из нас контактирует с врагом. Мы теряем людей. Двушников вывозят с производства новыми маршрутами. В Штабе куча параноиков. Возьми хотя бы Рудо. Мы делаем вид, что семья, но никому не доверяем. Особенно новичкам.

— Ты тоже была новичком.

— Я была спасенным двушником, а ты заявилась из леса. С тетей-химиком. Убитой жабой. С вмешанным в Систему кодом. Твоя история из области фантастики.

— Я черное яблоко? – задала Нэл странный вопрос.

— Гнилое, что ли?

— Все так думают. Нюхаешь… яблоко свежее, не тухлое, но почему оно черное? И мозг решает: рискнуть или нет?