Книга Ученик. Том 1, страница 64 – Сергей Карелин, Егор Золотарев

— Что испортить? — не понял лекарь.

— Дурную славу о нас пустить, — подобрал я подходящее выражение. — Вот, мол, лекарь какой непорядочный. Мы ему помогли, а она нам нет. Ведь если в Иркутске будут о нас плохо говорить, то зря ехали — не будут больные приходить.

— Хм… Ну ладно, иди, — чуть поразмыслив, кивнул Ерофей.

Я быстро подошел к повозке и забрался внутрь, где уже сидел старик Федоров. Руна «Исцеления» получилась как надо: яркая и мощная. Только она пропала, из груди мужчины выплыл шар энергии и напитал меня.

Старик задрал рубашку и изумленно охнул. На боку вместо раны было розовое пятно. Старик перевел ошарашенный взгляд на меня, а в следующую секунду крепко обнял.

— Спаситель ты мой. Судьба тебя ко мне привела, — приговаривал он, едва сдерживая слезы.

Захар тоже меня приобнял и крепко пожал руку.

— Ты что ж это, от наставника силы скрываешь? — шепотом спросил Федоров, прижимая руку к боку и прислушиваясь к своим ощущениям.

— Да, приходится, — признался я.

— Правильно делаешь. Дурной он человек. Поехали с нами? У меня старший брат — генерал. Связей у него в этом ведомстве полно. Могу тебя в любое военное училище устроить. Будешь сыт и одет. Правда, там учиться придется.

— Нет, военным быть не хочу, — мотнул головой, прекрасно понимая, что это за служба. — Но если вы мне позволите добраться с вами до Иркутска, а потом отпустите, то…

— Нет, исключено, — строго произнес старик. — Я буду в ответе за тебя и пока не определю в хорошее место — не успокоюсь.

— Ну тогда я останусь с дядькой. Ведь прожил с ним много лет. Не чужой все-таки, — ответил я.

На самом деле к Ерофею никаких добрых чувств не испытывал, но определил для себя, что сейчас самым лучшим решением будет остаться именно с ним, ведь Ерофей — не старик Федоров, и, если я решу уйти, он не сможет мне помешать. К тому же, если я не буду лечить, то не смогу пополнять уровень энергии, а значит останусь слабым беззащитным пареньком.

— Ну ладно, делай как знаешь. Но вот на всякий случай наш адрес в Иркутске, — он по-доброму улыбнулся и протянул бумажку, которую я быстро спрятал в голенище сапога. — Мы в городе на пару недель останемся. Если передумаешь или помощь понадобится — милости просим. Тебе двери нашего дома всегда открыты.

— Хорошо. Спасибо, — кивнул я и хотел выйти, но Захар меня остановил.

— Погоди, не торопись. На, держи, — он протянул мне скрученные купюры. — Только дядьке своему не отдавай. Лучше себе что-нибудь купи.

— О-о, спасибо, — обрадовался я, ведь, судя по свертку, денег там было гораздо больше, чем шесть рублей.

— Не благодари. Ты это заслужил, — кивнул старик.

Я выбрался из повозки и вернулся к Ерофею.

— Ну? — строго посмотрел он на меня. — Чего ему от тебя надо было?

— Шкуры в мешки запихивал — попросил подержать.

— У него брат с сестрой есть. Что ж он их не напрягает, а на тебе ездит? — он подозрительно прищурился, глядя на меня.

— Они тоже работали. Просто Захар не хотел отца просить. Слаб еще старик.

— Пусть бы помер этот старик — мне все равно, — пробурчал лекарь и потерял интерес к разговору.

Доев кашу, лекарь отправил меня к речке мыть посуду, а сам развалился на скамейке и сказал, что пустимся в дорогу через час после Федоровых.

У реки встретил Меланью, которая набирала воду в фляжки.