Книга Лабиринт Принца Пустоты, страница 79 – Ольга Силаева

— Ты осуждаешь меня, – произнесла она. – Ты говоришь, что Принц Пустоты не приведёт это место к катастрофе, намекаешь, что я не должна вмешиваться, утверждаешь, что Вернона больше нет, а я лишь эгоистка, которая желает получить его власть и распоряжаться в сфере сама.

Тишина. Таисса набрала воздуха в лёгкие.

— Тогда помоги мне, – просто сказала она. – Если ты считаешь мои мысли и мой выбор неправильными, скажи мне, как я могу помочь Стражу не стать чудовищем.

— Не «спасти моего любимого Вернона», а именно «помочь Стражу»? – в голосе из-под капюшона исчезла всякая ирония. Кажется, Таиссе даже меньше стало закладывать уши. – Как интересно.

Таисса смотрела на золотистую фигуру, стоящую на голом камне под бурлящим небом.

— Кто же ты?

Молчание. Облака, летящие над головой. Тишина на многие километры вокруг.

Мёртвый мир. Чьё-то одиночество.

— Одиночество, – произнесла Таисса. – Кем бы Страж ни был, чьё тело ни захватил бы, он всегда будет одинок. Ему нужны «мы». Каждому нужен тот, кто поймёт и примет. Зеркало – не ответ.

Молчание.

— Всем нужны «мы», – тихо сказала Таисса. – Или почти всем. Моему предку – вряд ли. Хотя даже ему нужна я… немножко. Наверное.

Короткий смешок. Совсем человеческий.

— Великая Таисса Пирс нужна всем. Не так ли?

— Но не Принцу Пустоты. Он просто выбросил меня вниз, как ненужный мусор.

— А ты хотела бы стать для него нужным мусором?

Что-то было в этом вопросе, в тоне её собеседника, что-то безумно важное…

Таисса открыла рот. И закрыла его.

— Не знаю, – наконец сказала она. – Но я не могу смотреть, как он убивает беспомощных. Я не выдержу. Мне нужно видеть в нём…

— Вернона Лютера, – холодно заключил её собеседник. – И только. Остальное тебя не интересует.

Таисса с усилием покачала головой.

— Вернон сказал бы, что ты не совсем неправ, – произнесла она. – Но есть ещё кое-что.

Кораллы. Почему-то сейчас перед глазами Таиссы стояли кораллы. Живые коралловые ветви и цветы, вдоль которых Кай, ещё не ставший Принцем Пустоты, гулял когда-то. Прислонялся к стволам, касался живых мерцающих нитей, видел жизнь и красоту.

Когда-то. Но никакая память о красоте не гаснет навсегда.

Вишни. Вишнёвые сады. Лепестки вишен, окутывающие улочки и переходы сферы вместо застывшего железа.

«Вишнёвые сады. В детстве я так любила вишнёвое варенье».

…Никто, кроме Принца Пустоты и неё самой, не слышал этих слов. Больше никто.

Таисса сделала ещё шаг по каменистой земле, не обращая внимания на боль в стёртых ногах.

— Я не могу любить Принца Пустоты, – сказала она. – Он и не позволит мне, даже если бы я этого хотела. Но я хочу его понять. Я… когда-то я доверилась Диру полностью, хотя он был Тёмным диктатором, мечтавшим оболванить весь мир. Вернон был против, он страшно ругался на меня тогда…

Таисса сделала ещё шаг к фигуре в капюшоне.

— Но он бы понял, – завершила она. – Он бы понял, если бы я попыталась его понять, его-Принца Пустоты. И вот это – то, что Вернон бы понял меня, – эта мысль меня поддерживает. Я не знаю, смогла бы я стать частью «нас» для Принца Пустоты. Тех, кто хочет его выслушать и принять. Но… я попыталась бы. Если бы он не бросился отсекать голову Элен – попыталась бы.

Ещё шаг к золотистой фигуре. Последний. Теперь они находились на расстоянии протянутой руки друг от друга.