Книга Лабиринт Принца Пустоты, страница 140 – Ольга Силаева

Нет. Возможно, он услышал что-то, но этого было недостаточно, чтобы распознать голос или тем более разобрать слова. Что ж, она попытается снова. Через пару минут, когда наберётся сил. Если у неё будет эта пара минут.

Тем временем последние лучи солнца рассеивались над крышами. Наступали сумерки.

— Кажется, ты не понимаешь одну простую вещь, – жёстко произнесла лже-Таисса. Таиссе стоило труда не отвернуться от своего кривого зеркала. – Я тебя ненавижу. Ненавижу вас всех. Привилегии, которые вы не заслужили. Власть, которую вы не используете. Тёмные будут подчиняться мне, а тебя я уберу с дороги.

Она издевательски усмехнулась.

— Так что, если у тебя была надежда меня переубедить, советую с ней попрощаться. Или ты предпочитаешь цепляться за слепую надежду, что перед тобой подделка, а настоящая дочь – где? Исчезла в далёких звёздах и туманностях? – Издевательский смешок. – Я совсем забыла, что ты уже побывал слепцом. Должно быть, тебе понравилось.

Взгляд Эйвена Пирса оставался спокойным, но что-то в его лице изменилось. Сердце Таиссы дрогнуло. Допускает ли он вероятность, что перед ним настоящая, только исковерканная и искалеченная Таисса? Один процент? Два процента?

— Что именно ты помнишь? И что с тобой случилось?

Девушка, выглядящая как Таисса, досадливо дёрнула головой.

— Не будь идиотом. Неважно, что со мной случилось! Важно, чего я хочу сейчас.

— То есть гипотеза, что ты не моя дочь, не имеет под собой никакого подтверждения? – очень спокойно спросил Эйвен Пирс. – И что облик моей дочери – это просто удобная маска, чтобы привлекать к себе сторонников и добиваться власти всеми возможными способами?

— И уничтожать твой авторитет, пока от тебя не останется ничего, – с усмешкой бросила лже-Таисса тоном, которого Таисса не помнила у себя с тех времён, когда была Тёмной Таиссой. – Ты так сильно надеешься, что перед тобой удобная маска? Ты действительно предпочёл бы видеть свою дочь мёртвой или потерянной, чем видеть перед собой «это»?

Тишина. Эйвен Пирс молчал.

Молчала и Таисса, собираясь с силами. Ей всё яснее было, что это не иллюзия, наведённая Ваади. Каким-то образом её выбросило домой, и, пока ткань реальности вновь не сжалась, зашвыривая её обратно, ей нужно было проявить себя. Сказать отцу, что она жива.

Вот только у неё по-прежнему не было голоса. Не было тела. Не было ничего.

— Ты не получишь свою прежнюю Таиссу, – завершила девушка-проекция. – Есть только я. Не существует способа вернуть её. Несмотря на все ваши сказки о Великом Тёмном и слухах о якобы неопознанных воронках, – она изобразила в воздухе кавычки, – от некоей всемогущей внешней великой силы.

Эйвен Пирс покачал головой, внимательно глядя на лже-Таиссу.

— Не думаю, что существует настолько великая сила как таковая. Неизмеримо великой, во всяком случае, нет, иначе ей было бы слишком сложно не уничтожить весь мир и саму себя.

Отрешённая улыбка тронула его губы.

— Но ещё недавно, – произнёс он негромко, – Таисса сказала бы, что нет никаких великих сил. Есть только мы и то, что мы можем сделать.

Таисса задержала дыхание. Ох, как много она могла ему рассказать!

Из последних сил, на ослабевших ногах Таисса качнулась вперёд, но упёрлась в невидимую стену. Голос по-прежнему ей не повиновался: из груди вырвался лишь лёгкий хрип.