Книга Лабиринт Принца Пустоты, страница 130 – Ольга Силаева

– Стань Великим, – говорит Ама. – Ты справишься.

И касается белоснежных кристаллов.

Я не успеваю ничего сказать, ни даже подумать. Просто смотрю, как на лёд оседает облачко пепла.

Светлая сторона Источника сжигает Аму мгновенно.

Её больше нет. Чтобы убедить меня принять судьбу Великого, Ама пожертвовала собой».

*

Таисса стиснула руку Кая-Вернона до боли. И почувствовала слабое, ироническое ответное пожатие. Могли ли пальцы передавать эмоции?

Могли. Сейчас – могли.

Таисса сглотнула слёзы. Когда-то она сама, будучи Светлой, коснулась Тёмного Источника. Но Таиссу защищало её наследие, кровь Великого… и она имела дело с куда более слабым кристаллом. У далёкой юной Тёмной не было шансов.

*

«Слова Амы ещё звучат в моих ушах, белоснежный кристалл вспыхивает, железные нити опоясывают небо…

В это самое мгновение.

Много дней назад.

Я вижу призрак серебристой дымки у белых граней Источника. Призрак Амы. Её след. Её счастливую, полную надежды жизнь, которую она оборвала ради меня. Оборвала, чтобы подтвердить – я могу. Она в меня верит.

Как жестоко и нерационально, что меня убеждает именно это.

Мощь Источника зовёт. Я сам не понимаю, как делаю последнее движение и касаюсь сияющих граней.

А потом я исчезаю».

*

Наступила тишина.

Таисса обхватила голову руками, сидя на постели. Искусственный лунный свет показался ей ледяным. Словно призрачный кристалл, прикосновение к которому означает смерть.

— Вернон…

— Что, Таисса-любопытство? – в голосе Принца Пустоты была горечь. – Хочешь знать, что было дальше?

Таисса подняла голову. Кажется, она плакала, но она не ощущала собственного лица.

— Да, – произнесла она сдавленным голосом. – Конечно, я хочу знать, как погибла твоя планета. И как Великий уговорил тебя стать Стражем. Но его дневник… он ведь кончается здесь, да?

— Да.

Воцарилось молчание.

— Я правда похожа на Аму? Она не показалась мне легкомысленной девчонкой.

Кривая усмешка.

— Потому что ты не знала её раньше. Я знал.

Таисса молча глядела в лицо Каю. Слёз на его лице не было, но был взгляд. Тот же, каким он смотрел на погасшую звезду.

— Забавно, – произнёс он. – Великий Тёмный смог бы крутануть время на пару минут и подхватить Аму живой и целой. Риск, временная линия, альтернативная вселенная, бла-бла-бла, но Ама была бы жива. Но Великий Светлый, конечно же, готов жертвовать только ради всего мира.

— Ты так и не простил его за это.

— Конечно. Я же Тёмный.

Он резко выдохнул.

— Потом, конечно, всё изменилось. Страж тоже не может позволить себе подобных выкрутасов. Я злился на него… но я его понял.

— Что было потом? Как твой дом превратился… вот в это? Как погасла твоя звезда?

Кай-Вернон бросил на Таиссу острый взгляд.

— Не думаю, что тебе стоит знать об уничтожении планет больше, чем ты уже знаешь, Таисса-катастрофа, – сухо сказал он. – Тебя это точно не касается.

— Я бы хотела это знать.

— Возможно, когда-нибудь узнаешь. Но не сегодня.

Таисса помолчала.

— А… ты и Великий? Что между вами произошло, когда он вернулся?

— Может, тебе ещё рассказать, откуда берутся Светлые и Тёмные? – хмыкнул Вернон – Я могу подыграть тебе и сделать вид, что эта ночь – твой последний шанс узнать ответы, но толку? Жаль будет, когда этот наивный задор спадёт с тебя, Таисса-запертая-навечно. Когда ты поймёшь, что всё это, – он кивнул на окно, откуда лился поблёкший свет луны, – не минутная романтическая фантазия, а твоя пожизненная реальность. Увы, тогда идея затащить тебя в постель потеряет всю новизну и прелесть.