Книга Одиссея Тёмного принца, страница 40 – Ольга Силаева

— Дожди над крупными городами покажутся нам милой шалостью, – дрожащим голосом сказала Таисса.

— Именно. – Дир соскользнул в озерцо, почти не поднимая брызг, и подплыл к ней. – Я не знаю, доберёмся ли мы до ячейки, сохранив способности. И передавать код кому-то ещё я тоже не советовал бы. – Лицо Дира было очень серьёзным. – Сама понимаешь.

Таисса ответила ему таким же прямым взглядом:

— Всё-таки не хочешь, чтобы мир лишился Светлых и Тёмных?

Дир вздохнул:

— Как бывший властелин мира – хочу. Не буду врать. Я ненавижу Совет, и я не могу недооценивать угрозу.

Он посмотрел на неё и улыбнулся:

— Но те, кого я люблю, важнее высших целей, принцесса. Я вижу, что ты, сидящая рядом со мной, выбираешь быть Тёмной, и я не хочу отнимать у тебя или кого-то ещё этот выбор. Достаточно того, что возможность выбирать отняли у меня.

— Дир…

— Я всё ещё хочу стать человеком, Таис. Но, похоже, этому придётся немного подождать.

Таисса взяла его за руку.

— Если бы меня не существовало, ты выбрал бы то же самое? Позволил бы каждому быть собой? Или всё-таки выбрал бы мир, состоящий из одних людей?

Дир открыл рот, глядя на неё. И покачал головой, улыбаясь.

— Ни одна другая версия меня не имеет значения здесь и сейчас, – тихо сказал он, почти касаясь её губ. – Только эта.

Его ресницы качнулись в такт бликам на воде, и Дир поцеловал её.

Последний раз они целовались на вересковом поле, когда он хотел соблазнить её и владеть миром вместе. И тогда Таисса почти поддалась его близости, его теплу, его губам. В тот день её остановило лишь то, что отзвук этой близости разнёсся бы через спутники по всему миру, и каждое их слово стало бы законом. И взять назад этот приказ было бы невозможно.

Плечам Таиссы вдруг стало зябко. Она упрямо закрыла глаза, потянула Дира на себя, чувствуя, как скользят ноги на каменном дне, и рухнула вместе с ним под воду, не отрываясь от его губ. Дир легко обхватил её ладонью под лопатки, и они вынырнули вместе, поднимая фонтан брызг и всё ещё целуясь. Краешек губ, кончик языка, щекотные волосы и пальцы, очерчивающие контуры скул. Так жарко и горячо. Так нежно и знакомо.

— Просто так, – шепнула Таисса, когда они наконец оторвались друг от друга. – Или не просто так?

Дир прищурился:

— Дай подумать. «Предадимся любви в последние минуты»? «Сольёмся в страсти, чтобы завоевать мир»? Хм. Чёрт, не подходит ни то, ни другое.

Таисса засмеялась, обхватывая его за шею:

— Всё, у нас ничего не получится.

— Совершенно верно. Мы обречены.

Мокрые кончики пальцев пробежали по её позвоночнику, и Таисса прикрыла глаза, отвечая на следующий поцелуй. И на следующий. Это было так прекрасно: быть в гармонии с собственным телом, наслаждаться солнечным днём и пузырьками горячей минеральной воды на коже. Абсолютное спокойствие и расслабленность… и остальной мир так далеко. Столько бесконечно важных вопросов ждали её за пределами этого тихого уголка, но не сейчас.

Сейчас были только они двое.

Таисса зарылась носом в ямочку у Дира на шее и коснулась её губами.

— Александр сказал, ты побывал во множестве переделок, – пробормотала она, – но у тебя не сохранилось ни единого шрама.

— Регенерация, Таис. – Дир провёл мокрой рукой по её волосам. – И миллион незначительных генетических модификаций, которые, увы, бесполезны против обычного насморка. Хотя даже им я практически не болел.