Книга Все, что мне нужно, страница 131 – Э. Сальвадор

— Я обещаю, что это не так, — говорит он, прежде чем успеваю что-то сказать. — Я просто думаю, что было бы лучше, если бы мы подождали до утра, чтобы отвезти тебя домой. Поскольку продолжается вечеринка и все пьют, тебе безопасно оставаться здесь.

Я заправляю волосы за ухо, скрещивая руки на груди. В голове разгораются дебаты, пока размышляю о том, что хочу сделать. Меня даже не должно было быть здесь сегодня вечером, особенно в его комнате.

— Мне нужно вернуться к друзьям. Я просто вызову такси, и мы приедем за машиной утром, если ты и ребята не против.

ТиДжей смотрит на меня так, будто только понял, что я пришла не одна. Он улыбается и понимающе кивает.

— Я не позволю тебе воспользоваться «Uber». Я отвезу вас всех домой.

— Тебе не обязательно…

— Либо я отвезу тебя домой, либо ты останешься здесь. Я не собираюсь с тобой спорить.

— Хорошо, ты можешь отвезти нас домой.

ТиДжей

Я фантазировал о Лоле слишком много.

Поначалу это было невинно. Она просто была там, так красиво улыбаясь и смеясь. Так всегда начиналось, но потом что-то изменилось, и ее улыбки превратились в приоткрытые губы, а смех превратился в хриплые стоны.

Это были не просто приоткрытые губы и хриплые стоны. Она была обнажена, в разных позах. Так много разных способов трахаться.

Все, что я мог делать во сне, это смотреть на нее. И когда проснулся, то фантазировал о том, как она будет звучать и чувствовать себя.

Все, чего хотел — это выкинуть ее из своих мыслей, раз и навсегда. Я хотел иметь возможность стоять перед ней и не испытывать желания целовать, прикасаться и обнимать ее.

Я действительно идиот, раз думал, что это сработает. Думая, что смогу стоять перед ней и все равно не испытывать того же желания. Я больше не должен называть это так. Лучший способ описать то чувство, которое Лола оставила во мне, это поглощение.

Поглощенный ее прикосновениями, смехом, улыбками, хныканьем, нежными руками.

Я настолько поглощен ею, что рыжие, золотисто-медные волосы и засохшая краска затуманивают зрение.

Не могу объяснить, как, черт возьми, это произошло или как это остановить, и не уверен, хочу ли я это делать.

Я вздыхаю. Не знаю, сколько раз ворочался, но сдаюсь. Как бы ни старался, я не могу заснуть, потому что единственный человек, о котором не могу перестать думать, спит в моей спальне.

У Лолы не было другого выбора, кроме как переночевать, потому что Кара заснула в комнате Джейдена, а Дейзи заснула на диване. Я знал, что ей неловко оставаться, поэтому предложил переночевать на диване, чтобы она могла занять мою комнату.

Это не имеет большого значения. Я несколько раз спал на диване, когда был слишком пьян, чтобы подняться наверх. Проблема в том, что каждые несколько минут я думаю о своих пальцах внутри ее мокрой, тугой киски. Думаю о том, какая она была мокрая, как хорошо их принимала, как, черт возьми, умоляла, стонала, и ее щеки горели красным. И каждый раз, когда думаю об этом, мне становится тяжело.

Как прямо сейчас.

— Иисус Христос, — бормочу я.

Сидя, я упираюсь локтями в колени, закрывая лицо ладонями. Так продолжалось до тех пор, пока не услышал скрип лестницы.

— Прости, я тебя разбудил?

Я вижу только ее силуэт из-за темноты, но Лола стоит посреди лестницы и не двигается.