Книга Только с тобой, страница 76 – Э. Сальвадор

— Слишком уж подробно, — перебиваю я, ощущая, как щеки горят от такого яркого образа. Сцена ярко разворачивается в голове, и, прежде чем успеваю избавиться от нее, мне в голову приходит продолжение. Ох. — Что ты там смотрела?

— Ничего, уже не смотрю, — фыркает она, опираясь локтем на стол и подставляя подбородок под ладонь. — Было давно, не суди меня.

— Никаких осуждений с моей стороны. У меня тоже долго ничего не было. Все будто перестало работать.

Ее лицо озаряется озорной улыбкой.

— Нет. Это не случится, — решительно говорю я.

— Знаю. Это я просто шучу. Так что, две недели прошли, ты собираешься выбросить его на улицу или оставить?

Она ставит два пальца на стол и щелкает ими, пальцы взлетают в воздух и хлопают о стол.

Я смеюсь над ее театральностью.

— Нет, никуда я его не выкину. Не знаю, как он это вытворяет, но с ним все словно наконец начинает иметь смысл.

Я ожидала фиаско и ждала, когда все у меня взорвется в лице. Думаю, он будет смеяться над моими попытками понять буквы и цифры, но никаких насмешек не последовало. Ни разу он не смеялся и не злился, если я не схватывала с первого или даже с третьего раза.

— С ним нет путаницы. Он прямолинеен, но не так, чтобы унижать. Он замедляется, не торопится, находит способ, чтобы я поняла. Он так увлечен — видела бы ты его лицо: полное решимости, отказывающееся сдаваться.

Я не говорю ей, что он остается после занятий дольше, не обращая внимания на то, что я плачу ему больше. А плачу больше потому, что мне жалко, что он уходит поздно, учитывая все, что на его плечах.

Она улыбается.

— Что?

Эль качает головой.

— Ничего. Просто приятно видеть, что у тебя все получается. Скоро твоя оценка станет «А», и это наконец-то закончится.

— Да... наконец.

* * *

Я только что сделала нечто немыслимое.

Это было настолько неправильно. Так неверно с самой сути. Что, к черту, меня осенило? Останавливаюсь посреди комнаты, начинаю ходить из угла в угол, тихо стону, зажимаю глаза ладонями — но тут же открываю их, и в голове всплывают яркие, невозможные образы того, что произошло в душе.

Клянусь, у меня не было намерения. Клянусь, я не планировала этого. Клянусь, я вовсе не хотела думать о Лэндоне.

Нет, конечно, это не моя вина. Это все Элоиза — она та, кто вселила в мою голову эту глупую, но колкую картину.

Сжимая лицо в ладонях, я стою посреди комнаты, тяжело дыша, но одновременно ощущая удивительное и почти запретное удовлетворение.

Не знаю, что на меня нашло, но, когда собиралась выключить воду, в голову ворвалась отвратительная, но настойчивая мысль. Я хотела сразу ее прогнать, но тянущая боль внизу живота не позволила. Прежде чем успела осознать, что происходит, в воображении рисовалась сцена Эль.

Я представляла эти горячие, пульсирующие вены на его руках и ощущение их прикосновения ко мне — снова и снова. А потом мысли унеслись далеко-далеко: он наклоняет меня над столом, юбка задрана, и он... Но не это заставило меня потерять контроль.

Меня выбил из колеи звук его голоса, слова, что я вообразила, будто он говорит.

«Ты такая хорошая, нуждающаяся шлюшка. Позволяешь мне использовать свое тело, чтобы расплатиться за репетиторство».

Эти слова звучали настолько унизительно и неправильно на каждом уровне, что именно они стали искрой. Искрой, что заставила уткнуться пальцами внутрь, играя с... собой, и испытать сильнейший оргазм.