Книга Только с тобой, страница 189 – Э. Сальвадор

Но каким-то образом, в этом море людей, его взгляд ловит мой, и, клянусь, все вокруг замирает. Громкие крики, огни, вспышки — все вокруг просто останавливается.

Этот момент кажется нереальным. Я думала, такое бывает только в фильмах, когда все размывается, звуки приглушаются, и фокус остается только на двух главных героях. Звучит нелепо, но именно так все и ощущается.

Я машу ему, надеясь, что улыбка не выдает того, что творится внутри. Его взгляд скользит к моим губам, но лишь на мгновение, а затем опускается на мой свитшот и задерживается на номере посередине груди.

Лэндон снова смотрит на номер, а затем одаряет меня нечитаемым выражением лица. И поворачивается ко мне спиной.

— О-хо, он раздражен, — фыркает Полли.

Я моргаю, выныривая из транса.

— Кто? — притворяюсь непонимающей.

— Номер шестнадцать, — она подыгрывает, кивая в сторону Лэндона. — Интересно, связано ли это с тем, что горячая блондинка рядом со мной не надела его номер?

— Здесь их, ну, больше тысячи девушек в его кофте. Уверена, он справится.

Я не преувеличиваю. Кажется, Габби говорила, что арена вмещает до двадцати тысяч человек или около того.

— Тысячи девушек, но смотрел-то он только на тебя одну, — весело говорит она, и ее улыбка полна забавы.

Кажется, я еще никогда не получала такого удовольствия, как сегодня. Я бывала на нескольких футбольных матчах с девочками из сестринства, но даже тогда не волновал сам спорт, и я его не понимала.

Я думала, что с баскетболом будет то же самое, но ошибалась. Всеобщий азарт просто притягивает. Невозможно не проникаться и не впитывать каждую крупицу их энтузиазма. А еще — наблюдать за тем, как играет Лэндон.

Как блокирует и прорывается сквозь других игроков, чтобы забросить мяч, и лучше я даже не начну о том, как чертовски привлекательно он выглядит. Должна признать, сосредоточиться на самой игре трудно. Мы выигрываем с разницей в десять очков — это все, что я уловила. Трудно следить за игрой, когда Лэндон выглядит вот так.

Его тело лоснится от пота, отчего татуировки выделяются еще ярче. Влажные волосы прилипли ко лбу и шее, рельефные мышцы. Боже, как они играют и напрягаются с каждым движением.

Но, несмотря на все это, я не могу перестать думать о нашем с Полли разговоре.

Особенно сейчас, в перерыве, эти мысли всплывают снова, и я ненавижу это возвращающееся чувство тяжести.

— Эй, — я беру Полли за локоть, чтобы привлечь ее внимание, так как она разговаривает с девушкой рядом. — Я схожу в туалет. Сейчас вернусь.

— Я с тобой...

— Нет, все в порядке, — отмахиваюсь я. Если бы это была вечеринка или клуб, я бы разрешила ей пойти со мной, но мы в публичном месте, под сотнями камер. — Я быстро.

— Уверена?

— Ага.

Я ухожу и, к счастью, когда добираюсь до туалета, очередь небольшая. Пока я внутри и делаю дела, становится немного лучше. Поправляю блеск для губ и слышу, как кто-то фыркает рядом. Я отодвигаюсь, думаю, может, заняла чье-то место, и собираюсь извиниться, но замираю, потому что кажется, узнаю ее.

— Прости, — говорю, когда до меня наконец доходит, кто это, — Никки. Та самая девушка, которая наговаривала на меня Лэндону.

— М-м-м, — язвительно цедит она.

— Есть проблема? — убираю блеск в сумочку.

Я не конфликтный человек. Предпочитаю мир, а не споры, но после всего, что произошло с Сиенной, я бы лучше разобралась со всеми проблемами сразу.