Книга Я с тобой не наигрался, детка!, страница 4 – Солянка

Подругу в темном помещении я нашла скоро. Танцевала, родная, видимо, позабыв, что написывала мне днем и вечером. Глаза расфокусированы, движения расслабленные. Купается в чужом внимания и явно счастлива.

От импульсивной реакции: догнать, поймать, обезвредить, закопать, я себя удержала, но пошла вперед, чтобы вывести Аленку на свежий воздух.

Внезапно кто-то обнял мою талию, я стиснула ладони в кулаки, намереваясь ударить нахала в бок и с изумлением обнаружила насмешливые карие глаза, смотрящие на меня сверху вниз.

— Зарипов?

— Привет, детка, — улыбнулся он. — За подружку не переживай, это я попросил тебя вызвонить.

Раздраженно бросаю:

— Зачем? Совесть замучила, испугался, что заявление пойду писать?

Улыбка спадает с лица парня, а взгляд щурится. Захват сильнее, пальцы впиваются в мое тело.

Задела.

— Ой, Кира, — наконец-то Данилова меня замечает. Отрывается от мужской компании и нетрезвым шагом идет ко мне. — Давай я тебя с Матвеем познакомлю, и с Антоном, и с Русланом, ик. — Возле нее вижу чуть ли не весь основной состав «Барсов». Все высокие, накаченные, здоровенные. Смеются и переглядываются, развлекаясь за мой счет. А тем временем Аленка продолжает, облокачиваясь спиной на Руслана. — Зарипов мне все уши про тебя прожужжал, говорит, ты злая. Я решила доказать, что это не так.

— Не надо, — отвечает за меня баскетболист. — Мы уже сами познакомились. Иди за столик, мы скоро подойдем.

— Не-ет, — делаю бесполезную попытку переорать музыку и потянуть подругу за собой. — Ты мне писала, что хочешь домой.

Аленка глупо подмигивает.

— Как писала, так и передумала. Смотри, и наши все здесь. Никто тебя завтра за неподобающий вид ругать не будет.

В чем-то она права. Девочки из поддержки зажигают на танцполе, кто-то сидит за столиком и потягивает коктейли, кто-то пялится на нас. Как завтра будут выглядеть на тренировке, одному боги известно? Одна я жмусь и смущаюсь.

Но у меня есть на то причины. И главная из них, это наглец, который утром меня чуть не сбил.

— Видишь, твоей Алене нравится, — настаивает Матвей. — А мы не кусаемся. Раз приняли в команду, вливайся. — Не понимаю, как у него получается, но иду за ним, словно послушная овца за пастухом. — В конце концов, теперь часто видеться будем.

Ребята сняли випку. И пусть Сахара не модный клуб с закрытыми секциями, но по моим меркам отдельный столик стоит дорого. Все гуляют, веселятся. При нашем появлении чуть сдвигаются, освобождая место на диванах.

Сажусь и здороваюсь с девчонками.

— Привет, Кира, — рядом обнаруживаю Антона Зарубина. Он наклоняется поближе и шепчет прямо в ухо.

— Мы так нормально и не познакомились, Кира. Я Антон, — говорит то, о чем я прекрасно знала. — Так ты не ушиблась? Серьезно не пострадала?

Не успеваю открыть рот, как с другой стороны присаживается Матвей и буквально зажимает меня между ним и его другом.

— Не ушиблась, иначе бы до клуба не дошла, — рявкает брюнет. Ощущение, что в ярости. В зрачках огненные искры, а у острых скул гуляют желваки. Вспышка прошла за секунду, мелькнула, а потом спокойный голос спросил: — Что будешь пить, Кира?

Чего ему не понравилось? Я в гости не напрашивалась. Сам притащил.

— Воду, — пожимаю плечами, игнорируя странную реакцию.

Я не пью в незнакомых компаниях. Это моя принципиальная позиция, да и со спиртным у меня всегда плохо складывается.