Книга Я с тобой не наигрался, детка!, страница 32 – Солянка

Слова тренера немного ободряют. Приятно слушать, что не все поддаются на ложь и провокации старшего Зарипова. Тот ведь умеет красиво ссать в уши. Сам поддался его обаянию.

Дальше играем более слажено, и желание убивать пропадает. Даже к Антону перестаю испытывать негатив. Мы часто работаем в связке.

А после тренировки меня обступают ребята. Учитывая, что с ними мы дружим с малолетнего возраста, парочку объяснений я им задолжал. Не утаивая, сидя в раздевалке, я рассказываю о предательстве папы. И меня все поддержали.

В целом, я самый старший из команды. Ушел бы первым в любом случае, а тут и повод удачный нашелся.

— Мэт, подожди, — когда все начинают расходиться, Зарубин меня останавливает. — Я хотел поговорить.

— О чем? — у меня дергаются брови.

Стою возле двери, вижу, как из соседнего помещения выходят девчонки из поддержки. Среди них Кира. Трясет своей светловолосой гривой, о чем-то шепчется с подружкой и оглядывается в мою сторону. Но меня пока не видит.

Ей определенно стоило написать. Она, что ли, расстроенная, какая-то поникшая.

Антон подходит ближе и ловит мой взгляд.

— О ней и хотел, — скрипит зубами.

С каждым днем мое настроение все мрачнее и мрачнее. Никак не могу понять, какую новую игру со мной затеял Зарипов.

После моего заключения в зале я ждала от него чего-то. Объяснить не могу, но ждала.

Темная обстановка...

Его руки на моей талии...

Страстный спор и местами милое общение.

Крышесносный поцелуй...

Здорово у меня поехал рассудок.

Но теперь парень морозится, а я ищу проблемы в себе?

Что не так? Почему два дня он игнорирует меня, не здоровается, не улыбается, даже не пишет. Он требовал, чтобы я удалила его номер из черного списка. Зачем? Чтобы медленно и методично добивать остатки моей самооценки.

Неужели я плохо целуюсь?

— Вы слышали, как Радугин на Добрынина орал? — перед нашей тренировкой разминает мышцы шеи Юлька, одна из девочек. — Зарипов бросает команду.

Подаюсь вперед, отметив ненавистную и в то же время притягательную фамилию.

— Да? — Аленка понимающе смотрит на меня, а после переводит взгляд на Юльку. — Прям уходит? Перед матчем?

Я тушуюсь. В толк не могу взять, отчего подруга интересуется. Я не делилась своими переживаниями и произошедшим. Не захотела. Повела себя как пятилетняя жадина. Те воспоминания мои и Матвея. И если он не разболтает, то они останутся между нами.

— Ну, это я утрирую, — жмет девушка плечами. — Просто контракт отказался подписывать, вот Радугин и лютует. Там еще Ахматов замешан...

Все косятся в мою сторону. Дура-Вероника распускала обо мне самые разные сплетни с момента нашего разговора, и все они были полнейшей чушью. Блин, где-то глубоко в душе уже бы и рада подтвердить, но...

— И что Ахматов, — поддерживает меня Данилова. — Он только в этом городе имеет какое-то значение. Зарипов уйдет в московскую команду, всем известно.

Да, действительно. Видимо, ему пришло предложение, и он занят контрактом и другими обязательствами.

Невольно вспыхивает ревность... и зависть. Он не нашел и двух минуток, чтобы как-то связаться со мной, зато успел настроить против себя все руководство Барсов.

А зависть... мне никакие контракты с Москвой не грозят. А если он уедет, то и слава богу. Спать буду крепче... наверное.