Книга Инстинкт совершенства, страница 117 – Виктория Лайонесс

— Когда подавать завтрак, Эверин? — интересуется горничная, закончив с сервировкой.

— Не знаю, — едва слышно произношу. — Может, уже?

— У вас все в порядке?

— Да… в порядке, — продолжаю стоять неподвижно.

— Может, вы плохо себя чувствуете из-за смены поясов?

— Скорей всего. Спасибо за беспокойство, Христин. Со мной все будет хорошо.

— Если вам что-то нужно, таблетка или травяной чай от головной боли, сразу скажите мне или маме, — заботливый тон женщины вызывает у меня еще большую печаль от осознания, что родная мать никогда так не заботилась обо мне, как чужие люди.

— Спасибо вам. Вы очень добры.

— Не за что, Эверин, — женщина тепло улыбается и уходит, оставив меня одну.

Через десять минут сижу на удобном плетеном кресле перед столом, который буквально ломится от разных видов греческих вкусностей. Здесь и густой йогурт с медом и грецкими орехами, кунжутная булочка с сыром фета и выглядящий не менее аппетитно пирог со шпинатом. Обильное выделение слюны говорит о том, что это все ненадолго останется на столе. Беру ложку в руки и сразу зачерпываю большую порцию йогурта с медом.

— Доброе утро, — не успеваю поднести ложку ко рту, как на террасе появляется Адриан, выглядящий как настоящий Аполлон.

Волосы не до конца высохшие после душа, небрежно уложены, и несколько прядей упало на высокий лоб. На загорелом мускулистом торсе надета белоснежная льняная рубашка с расстегнутыми на груди пуговицами и закатанными до локтей рукавами, демонстрирующими усыпанные венами предплечья. На узких бедрах свободные серые шорты из легкого денима.

— Мгу, — отправляю ложку в рот, отводя глаза и делая вид, что мне безразлично его появление.

Вот только сердце в груди срывается в дикий пляс, и дыхание сбивается, что в очередной раз злит.

— Приятного аппетита, — подходит, и прежде, чем сесть на кресло, стоящее напротив, целует меня в макушку.

Ничего не отвечаю, продолжая пережевывать свой завтрак.

— Что опять не так, bella?

— Не понимаю, о чем ты? — не смотрю на него, взяв кусочек пирога и откусив его.

— Я о твоем настроении?

— А ты ждал, что я расплывусь перед тобой лужицей только потому, что ты привез меня на этот остров?

— Нет, но надеялся хотя бы не видеть недовольства на твоем лице.

— Тогда просто не смотри на мое лицо.

— Если ты злишься за то, что вчера ночью я уезжал, то не стоит.

— Мне плевать, куда ты уезжал.

— Тогда в чем дело?

— Не хочешь рассказать реальную причину моего нахождения здесь? — откидываюсь на спинку кресла.

— Я привез тебя сюда, чтобы познакомить со своими корнями, — непринужденно отпивает кофе из кружки.

— И все?

— И чтобы провести наш медовый месяц, — подтверждает сказанное Бель. — Пришлось отложить его из-за срочной поездки в Бостон. И я очень надеюсь, нам обоим здесь будет хорошо.

— Ты не устал играть в эти игры, Адриан? — смотрю на него с прищуром.

— Что ты имеешь в виду, Эверин? — раскладывает салфетку на своих бедрах.

— Ты так настойчиво пытаешься притворяться хорошим мужем, что уже даже смешно. Не стоит. Я не поведусь на эту уловку.

— Моя дорогая и прекрасная жена, — подается вперед протянув руку ко мне, и касается родинки на скуле большим пальцем. — В том то и загвоздка, что я не притворяюсь. Я искренне хочу, чтобы у нас все получилось.

— Я ненавижу тебя, и это не изменится, — лучшее, что я могу сделать это как можно дольше удерживать эмоциональную дистанцию.