Книга Последняя дочь фараона, страница 69 – Ольга Карпович

Что ж, вот-вот должна была случиться кульминация. На баржу никто не сунется, он, воспользовавшись корочкой, оцепил причал желтой полицейской лентой. Она теперь значится в порту, как опечатанная полицией. Осталось только ждать, когда Оленьку Котову выпустят на свободу, и она обнаружит, что ее домашние куда-то подевались.

В дверях капитанской каюты возник Михаил и, насупившись, осведомился у Олега:

— Шеф, эти действия согласованы с начальством?

— Что? – взвился Олег. – Ты мне тут будешь оспаривать указания старшего по званию? Забыл, из какой задницы тебя достали, отмыли и вместо трибунала, разрешили работать? Забыл?

— Не забыл, – зыркнул глазами Михаил. – Просто… операция не совсем обычная. Решил уточнить.

— Я тебе уточню! – гаркнул Олег. – Живо обойди баржу, проверь, чтоб ни одна собака… За этих двоих отвечаешь головой, ясно?

— Слушаюсь, – отрапортовал Михаил и смылся.

Олег же подрагивающими от нетерпения пальцами взялся за мобильный. Он уже дважды набирал этот номер, но до сих пор абонент был недоступен. И вот, наконец, в трубке раздался знакомый голос.

— Ну здравствуй, Оленька, – мягко пропел Олег.

И всей кожей почувствовал, как напряглась Ольга на том конце провода.

— Где они? – коротко спросила она, словно стукнула бичом.

— А ты сразу к делу, – усмехнулся он. – Не хочешь поболтать, о здоровье, о погоде? Не хочешь, нет? Что ж, ты женщина деловая, понятно. Ну тогда они у меня.

— Что тебе нужно? – голос у Ольги стал отрывистый, ледяной и резкий, как закаленная сталь.

— А нужно мне, чтобы ты приехала ко мне в гости. Соскучился, понимаешь, давно не виделись. Только ты приезжай одна, очень уж хочется наедине поболтать. А я тебе сейчас объясню, как меня найти. И учти, если ослушаешься, живыми своих можешь и не увидеть, ты меня поняла?

Ольга несколько секунд молчала, и молчание это было красноречивее любых слов. Олег даже на расстоянии «слышал» все, что она могла ему сказать: что он сам не понял, на кого попер, что от него не останется мокрого места, что он будет умирать долго и мучительно, а если с голов ее любимых упадет хоть волосок…

Но вместо всего этого Ольга просто коротко ответила:

— Поняла. Говори адрес.

* * *

Ее допрашивали почти сутки, задавали все новые и новые вопросы, вынуждая бесконечно повторять одно и то же по десятку раз. Наверное, искали несостыковки в ее ответах. Но Ольга отвечала все, как есть, называла имена и контакты всех, кто имел отношение к синдикату: и тех, кто состоял в нем технически, и громкие имена известных людей, так или иначе с ним связанных. Она знала, что тем самым подписывает себе смертный приговор, но уже смирилась с этой мыслью. Главным было то, что она спасет Николаса и Машу. Только выбраться отсюда, только переправить их в безопасное место. То, о чем мечтал Николас, то, что она столько раз обещала ему, не веря, что такое возможно. И нет, это было невозможно для нее, но, может быть, еще возможно для него, для их дочери.

Подписав показания, Ольга устало прикрыла глаза рукой.

— Ну вот и молодец, – расцвел Развед Константиныч.

А второй, тусклый субъект, поддержал:

— Вы сделали правильный выбор, Ольга Александровна.

— Когда я смогу выйти отсюда? – глухо спросила она. – Когда мне вернут личные вещи, мой телефон?

— Что, не доверяешь нам? – осклабился Развед. – Зря, у нас все по-честному. Лети, птичка.