Книга Искры осени, страница 57 – Л. В. Риверс

— Двигайся, — прошептала она, отчаянно.

Я послушался.

Стойка заходила ходуном, когда я начал входить в нее — сперва медленно, потом сильнее, когда ее стоны наполнили маленькую лавку. Каждый толчок вгонял меня глубже, скользкое тепло ее тела тянуло все ближе к краю.

Ее ногти царапали мне спину сквозь свитер, горячее дыхание обжигало ухо.

— Дин, боже… не останавливайся.

— Даже не собираюсь, — прорычал я, вбиваясь в нее все сильнее, все быстрее, пока звук наших тел не заглушил стук дождя за окнами.

Ее мышцы сжались вокруг меня, крики стали резче, выше.

— Дин… я…

— Кончи для меня снова, — приказал я, надавливая большим пальцем на ее клитор, пока вбивался глубоко. — Сейчас, Эмбер. Кончи на мой член.

Она разлетелась с криком, сжимаясь вокруг меня так туго, что я сам едва не сорвался. Я вогнал себя до конца и застонал ее имя, пока разряд не прорвал меня — жарко, яростно, заливая ее, пока дыхание не сбилось окончательно.

Мы еще долго держались друг за друга — вспотевшие, задыхавшиеся, ее бедра все еще дрожали, обвивая меня.

Дождь барабанил по стеклу ровным ритмом, а весь город даже не догадывался, что только что произошло на стойке книжной лавки.

Я поцеловал ее влажный висок, все еще оставаясь внутри, все еще ловя дыхание.

— Говорил же, — хрипло прошептал я. — Живое представление куда лучше драматического чтения.

Эмбер

Боже. Как же мне это было нужно.

Все тело еще дрожало, каждая клеточка гудела, каждый вдох словно спотыкался, будто легкие не успевали за мной. Дин был рядом — тяжелый, надежный, горячим лбом прижимаясь к моему виску, и я не удержалась, чтобы не поцеловать его снова. На этот раз медленно, мягко, с благодарностью, вплетенной в поцелуй.

— Дин, — прошептала я ему в губы, чувствуя на вкус его и себя одновременно. — Мне теперь нужен душ.

Он ответил поцелуем, и из его груди вырвалось низкое рычание.

— Не против, если я присоединюсь?

Я отстранилась ровно настолько, чтобы увидеть блеск в его глазах и изгиб улыбки. Самоуверенный пожарный и под этой бравадой всегда тепло.

Я улыбнулась, запыхавшаяся, с горящими щеками.

— Я уж думала, ты не предложишь.

Он хмыкнул, поцеловал меня еще раз и помог спуститься с прилавка. Когда мои ботинки коснулись пола, ноги предательски дрогнули, и его руки тут же крепче сомкнулись на моей талии, удерживая. Сильные руки. Те самые, что могут в одну минуту сражаться с огнем, а в другую обернуть меня нежностью.

Я откинула с лица прядь, все еще дрожащая и раскрасневшаяся, и тихо рассмеялась.

— Обвиню тебя, если прилавок будет скрипеть каждый раз, когда я положу на него книгу.

Дин ухмыльнулся, склонившись ближе.

— Оно того стоило.

И когда он переплел свои пальцы с моими и повел меня к лестнице, ведущей в мою квартиру над магазином, я вдруг поняла, как все стало опасно, потому что уже не только тело, но и сердце начинало падать в эту бездну.

Узкая лестница скрипела под нашими шагами. Дин шел следом, его ладонь лежала на пояснице, теплая и уверенная. Дверь квартиры мягко щелкнула за нами, и тишина внутри вдруг показалась громче, чем стук мороси по стеклам. Я не дала себе времени думать. Мысли всегда тормозили меня, всегда возвращали к страху. А сейчас я хотела только чувствовать.

Я потянула его свитер, стянув его одним быстрым движением, и его смех прокатился по воздуху. Его грудь была твердой, горячей, еще влажной от пота после того, что произошло, и я прижала к ней ладони, жадно требуя большего.