Книга Между (не)придуманная история, страница 73 – Луна Рэй

Три дня, полные внутреннего волнения, терзаний, смятения и ожидания, прошли, словно гигантский водоворот, внутри которого Алёна ощущала каждую дрожь сердца, каждое сомнение и каждый вдох восторга, смешанный с виной. И теперь она понимала одно: она не может просто вернуть всё назад и притворяться, что ничего не произошло. Её чувства требуют ответа. А значит, придётся идти навстречу этой буре, но так, чтобы никто не пострадал.

Понедельник наступил словно по чьей-то тайной, благосклонной воле. Казалось, сама судьба складывала обстоятельства для Алёны: Хавьер уехал очень рано, оставив её свободной, без лишних вопросов и недоумений, чтобы спокойно собраться и подготовиться к встрече с Маттео. Она тщательно выбирала одежду, укладывала волосы, наложила лёгкий макияж, каждый жест был наполнен ожиданием, трепетом, едва заметным волнением.

При входе в спортзал она неожиданно столкнулась с мамой Хавьера. На первый взгляд это могло показаться неприятностью, но Алёна восприняла это как знак: ведь его мама как раз уходит из зала, а значит путь к Маттео свободен, и всё сложилось правильно. Она обменялась любезностями с мамой Хавьера, несколько минут разговор продолжался вежливо и быстро, и вскоре Алёна уже шагала в сторону того уголка спортзала, где Маттео ждал её.

Он стоял там, уже ожидая ее появления. В его взгляде была решимость, нежность, желание, но без наглой похоти. Он поцеловал ее в щеку при приветствии, как всегда продляя поцелуй немного дольше, чем требовал обычай. Первое, что произнес Маттео - это извинение за свое поведение в присутствии жены.

— Я не могу ни поздороваться с тобой нормально в ее присутствии, ни говоря уже о чем-то большем.. Будет большой скандал… - добавил он. Его тон был мягким, извиняющимся, и Алёна почувствовала одновременно и грусть, и доверие, и эту тихую энергию, которая говорила больше любых слов.

Они начали говорить о незначительных вещах, вроде её дел, его работы, он что -то спросил о ее муже, о свекрови. Словно это были банальные разговоры, но на уровне энергии происходил обмен, который она ощущала всем телом: каждое слово, каждая пауза — наполнены смыслом, значимостью, тем, чего нельзя выразить словами.

И тут Алена решилась наконец сообщить Маттео новость о своем скором отъезде:

— Меньше чем через две недели я улетаю в Россию… — произнесла она осторожно, почти шёпотом.

Маттео на мгновение замер, как будто слова застряли в воздухе, и в его взгляде мелькнуло удивление, почти шок.

— Как надолго? — спросил он, голос был тихий, но напряжённый.

— В июне улечу, а вернусь, наверное, в сентябре… — произнесла она спокойно, но внутри чувствовала, как сердце учащённо бьётся.

Он слегка приподнял брови, переваривая информацию, на мгновение замолчал, а потом тихо сказал:

— На месяц?

Алёна улыбнулась с лёгкой грустью:

— Нет… скорее четыре месяца, три - четыре месяца получится.

Маттео несколько секунд смотрел на неё, словно пытался уловить смысл сказанного, переваривая неожиданную новость. Потом он слегка выдохнул и сказал более мягко:

— Ну… сейчас ты пока здесь, да? Ты же будешь пока приходить в спортзал?

В его голосе не было раздражения, скорее скрытая тревога и удивление, которые он предпочёл оставить внутри. Алёна уловила этот оттенок, поняла, что его чувства шокированы, но он их не выразил, и это сделало момент ещё более интимным, как будто между ними завязалась новая, тихая, но важная ниточка взаимопонимания.