Книга Развод. А я тебе верила, страница 58 – Мария Владыкина

— Анастасия Юрьевна? Зачем вы подкараулили меня в подъезде…

— Ну, вообще я хотела дождаться на улице, но меня ждал сюрприз. Севир теперь подвозит своих любовниц прямо до дома, да ещё и выходит провожать?

— Мы с ним не любовники.

— Конечно-конечно. Мне-то можешь не затирать. Поэтому тебя он доводит до подъезда после работы. «Не могу дождаться нашей командировки…». А меня просто драл на столе у себя в кабинете и всё. Никаких ласк, теплых слов, не провожал до дома, а ведь я его любила…

— Настя, мне очень жаль, что у вас случилась какая-то личная драма, но прошу мне поверить, я не имею к ней никакого отношения.

— Знаешь, что случится с тобой в командировке? У нас наш первый раз случился так же. Вечером он завалится к тебе с бутылкой вина или шампанского…

— Я не пью алкоголь. Зачем вы меня подкараулили? Что вы хотели? Просто выговориться?

— Нет, хотела тебя предупредить, чтобы ты не была такой же дурой, как я. Я отдала этому мужчине два года своей жизни. Спала с ним. Не знаю, спал ли он параллельно с кем-то ещё, но на работе точно нет. Да, он мне ничего не обещал, но два года! За два года я успела влюбиться как дура. И самым идиотским моим решением было проткнуть презервативы.

— Вы что? То есть вы беременны от Севира Тимофеевича?

— А от кого ещё? Он всё тянул, не предлагал дальше никак развивать наши отношения, вот я и решила подтолкнуть его. Проткнула презерватив, не с первого раза, конечно, но забеременела. Ты уже знаешь, что случилось, когда я ему рассказала…

— Ну не мог же он вас беременную уволить? Тем более, если ребёнок его.

— Он не поверил, что я беременна от него. Сказал, что всегда использовал защиту, это невозможно, и я наглая манипуляторша. Я всё равно сделаю тест через несколько недель, как только станет можно. И принесу ему результаты. Пусть платит алименты, делать аборт я не собираюсь. Правда, зная Севира, лучше мне пока и потом не высовываться. С него станется, чтобы я потеряла ребёнка каким-то другим способом.

— Нет…Я уверена, что Севир Тимофеевич не такой. Он не настолько жестокий, чтобы желать смерти собственному ребёнку.

Настя усмехнулась.

— Ты его не знаешь. Мой тебе совет: держись от него подальше. Ничего хорошего этот человек в твою жизнь не принесёт.

— А что же вы тогда не следовали собственному совету? Зачем было беременеть от него?

— Всё просто: я его люблю. И это уже, кажется, неизлечимо. Поэтому я готова ему простить всё. И даже если он придёт ко мне сейчас, после того, как вышвырнул беременную на улицу, я всё равно прощу и приму. Вот так поступаешь, когда любишь.

— Это не нормальная любовь, Настя.

— Ты скоро ему надоешь, как и я. И он так же вышвырнет тебя на улицу, приведя следующую помощницу.

Я обошла немного стороной Настю, когда глаза уже привыкли к темноте, и я смогла различать хотя бы силуэты.

— У нас с вами есть одно большое отличие: я его не люблю, и в отношения с ним вступать не собираюсь, ни в какие. Так что не думаю, что для него будет возможно сделать мне больно таким образом. До свидания, Настя. Думаю, что на этом наш разговор закончен.

Когда я поднялась к себе, я ещё долго не могла отойти от этой неожиданной для меня встречи.

Признаться честно, когда я только поняла, что передо мной стоит Настя, то даже немного испугалась. Кто знает, что в головах у этих бывших любовниц, после того, как их бросили? Вдруг она пришла бы с ножом, или какой-то кислотой, разглядев во мне соперницу?