Книга Измена. О чём кричит тишина, страница 54 – Мария Владыкина

34 глава

Глеб, чуть более шести лет назад

Кира не двигалась. Это точно была она? Я ткнул её пальцем, она замычала, и перевернулась на другой бок, спиной ко мне.

Я тихо, стараясь не разбудить её, встал, и почти на ощупь нашёл свою одежду рядом с диваном. Она была сложена друг на друге у подножия.

Обычно в фильмах показывали, что в порыве страсти люди разбрасывали одежду где попало, а моя вся лежала в одном месте. Как обычно, в жизни всё было иначе.

Взяв вещи подмышку, вышел в коридор, прикрыв дверь, и только тогда понял, что в комнате было невыносимо душно. Кругом, в коридоре и на кухне, были видны последствия загульной ночи, на кухне даже всё ещё горел свет.

Голова гудела просто нереально, во рту была настоящая сахара. Я сморщился, гул в голове нарастал. Бам, и стало чуть легче. А из носа, по ощущениям, что-то полилось.

Быстрыми шагами, отдающимися болью и головокружением, пошёл в ванную к зеркалу. Из носа шла кровь. У меня такого не было с юношества.

Открыл зеркальный шкаф, висящий над раковиной, в надежде найти какую-нибудь вату, или ватные диски, но там стояли одни флаконы с таблетками. Чего там только не было.

Выругавшись себе под нос, просто открыл кран и стал умываться. Видимо, от похмелья поднялось давление. По крайней мере, я так подумал про себя.

Из-за плохого физического самочувствия, эмоционально почти ничего не чувствовал.

Кое-как остановив кровотечение из носа, выпил пару стаканов воды прямо из-под крана, так как фильтрованной воды не нашёл, оделся, и пошёл на выход.

Морозный воздух освежал.

Приложение такси обещало, что машина подъедет через пару минут, а я стоял, и не видящим взглядом смотрел в одну точку перед собой.

С каждой секундой внутри нарастала тревога и чувство вины, которые явно планировали захватить меня полностью.

Я изменил Вале. И, что ещё хуже, сделал это с её лучшей подругой.

Теперь помимо тревоги и чувства вины, появился ещё и страх. Когда Валя обо всём узнает, это будет означать конец всего. А ведь она была беременной, да ещё и были проблемы, врачи рекомендовали воздерживаться от стресса, а я тут…

Если с малышом или с ней что-то бы случилось, я бы никогда себе не простил.

Свет фар в тёмном морозном дворе ослеплял. Я пошёл к машине почти на ощупь, так как почему-то из-за света видел очень плохо. Почти наугад открыл дверцу автомобиля и забрался внутрь.

На часах было почти четыре утра.

Господи, если Валя не спала, и встретила бы меня сейчас, она бы всё поняла. Мне казалось, что сейчас я не был способен хоть что-то скрыть.

Но мне повезло. В квартире, когда я зашёл, стояла темнота и тишина. Приятно пахло, было чисто… А я чувствовал себя грязным и вонючим, не подходящим этой обстановке. Словно замарался о Киру, о свой поступок.

Стараясь не шуметь, разделся, и пошёл в ванную. Я не мог такой даже подойти к Вале, к моей чистой и нежной девочке.

Стоя под душем, в красках представил, как Валя обо всём узнала, и мне казалось, что сердце готово было выпрыгнуть из грудной клетки. Сел на корточки, вода, льющаяся сверху, стекала по спине и голове, попадая и в глаза.

Я не мог объяснить даже себе, зачем я это сделал. Плохо помнил. Те обрывки, которые остались в памяти, мало что мне давали. Помнил лишь волну возбуждения и всё. Даже кайфа не помнил. Это же надо было так «обосраться».