Книга Спасти Ангела, страница 50 – Ксю Король

— Я знаю, — я повернулась к нему, уткнулась лицом в его грудь. — Просто… так больно, Демид. Даже когда враг почти повержен, боль не уходит.

— Она со временем станет тише. Не исчезнет, но станет тише. А потом ты научишься жить с ней.

— Ты веришь?

— Верю, — он погладил меня по спине. — Потому что сам через это прошёл. Когда потерял родителей.

Я подняла голову, посмотрела на него. Его глаза были серьёзными, но тёплыми.

— Демид, — сказала я. — Сделай так, чтобы я забылась. Хотя бы на час.

— Как?

— Возьми меня. Чтобы я чувствовала только тебя.

Он не ответил. Просто встал, взял меня за руку и повёл в спальню. Не нежно — требовательно. Уложил на кровать, на спину, стянул с меня джинсы и трусики одним движением. Сам не раздеваясь, расстегнул ширинку, достал член.

— Посмотри на меня, — приказал он.

Я посмотрела. В его глазах горел огонь — не только страсть, но и гнев. Гнев на Бережного, на несправедливость, на то, что он не мог защитить меня от прошлого.

Он вошёл резко, без прелюдии — я была влажной от одного его вида. Я вскрикнула, но не от боли — от неожиданности. Он двигался жёстко, глубоко, почти грубо. Я вцепилась в простыни, подаваясь навстречу.

— Сильнее, — прошептала я.

Он ускорился. Его дыхание стало прерывистым, на лбу выступила испарина. Я смотрела на его лицо — искажённое страстью, с прикушенной губой, с закрытыми глазами. Он был прекрасен в своей ярости.

— Демид… — простонала я.

— Кончай, — приказал он.

Оргазм накрыл меня волной — острой, как нож. Я закричала, выгибаясь, сжимая его внутри. Он кончил через несколько секунд, изливаясь в меня, и упал рядом.

Мы лежали молча, тяжело дыша. Я чувствовала, как его сперма вытекает из меня, тёплая, липкая. Не стесняясь, не убирая.

— Спасибо, — прошептала я.

— За что?

— За то, что ты есть.

Он повернулся, обнял меня.

— Ангела, завтра после приговора… я хочу, чтобы мы поехали к нотариусу.

— Зачем?

— Оформим дарственную на половину дома. На тебя.

— Демид…

— Не спорь, — он прижал палец к моим губам. — Ты — моя невеста. Ты будешь моей женой. Всё, что у меня есть — твоё.

Я заплакала. Не от грусти — от счастья.

— И ещё, — он достал из тумбочки маленький конверт. — Это тебе.

Я открыла. Внутри — два авиабилета. Мальдивы. Через неделю.

— Ты с ума сошёл, — выдохнула я.

— Да, — он улыбнулся. — Сошёл с ума от любви к тебе.

Я бросилась ему на шею. Мы целовались, смеялись, плакали. А за окном шёл дождь. Но мне казалось, что сквозь тучи пробивается солнце.

Утром мы приехали в суд за час до начала. Зал был полон — журналисты, зеваки, какие-то люди в чёрном, наверное, охрана. Демид держал меня за руку. Я сжимала его пальцы и молилась — не Богу, в которого не очень верила, а маме.

— Пусть справедливость восторжествует, — прошептала я.

В десять вошёл судья. Все встали.

— Зачитывается приговор по делу Захара Борисовича Бережного и Виктора Андреевича Кравченко, — его голос звучал торжественно. — За убийство Елены Корсаковой, совершённое по предварительному сговору, за покушение на убийство Ангелины Корсаковой, за организацию преступной схемы по отмыванию денег, за дачу взяток должностным лицам…

Я перестала дышать.

— Приговорить Бережного Захара Борисовича к двадцати годам лишения свободы в колонии строгого режима. Кравченко Виктора Андреевича — к пятнадцати годам лишения свободы в колонии строгого режима.