Книга Цена любви и мести 2, страница 54 – Анастасия Разумовская

— Доброй ночи, Ваше Высочество, — и направилась из покоев.

— Куда?!

— Спать.

Она удивлённо обернулась. Кьярваль возмущённо смотрел на неё:

— Ну уж нет! Теперь твоя очередь дежурить в этой комнате и делать вид, что мы здесь оба. Ты забыла: я болен. Как бы.

— Но… Мне оставаться в вашей комнате на ночь? Одной?

Он рассмеялся:

— Если хочешь, я могу остаться с тобой, крошка. Но тогда спать ты не будешь точно. И утром вряд ли найдёшь в себе силы выйти.

Ирис скривилась от отвращения:

— Нет уж. Идите к своим… девкам. Я как-нибудь без этого.

Золотые брови поднялись ещё выше:

— Без этого это без чего?

— Без мужчин обойдусь, — буркнула Ирис, подхватила с дивана книгу и направилась в спальню.

— Ты по женщинам? — откровенно расстроился Кьярваль. — Вот та рыжая, которая стриженная, она что, твоя любовница?

Принцесса замерла в дверном проёме, обернулась и посмотрела на него, хлопая глазами.

— К-как это? Я же женщина…

— О древние, за что? — патетично выдохнул Кьярваль. — За что вы посылаете мне невинных дев? Ирис, ну хоть вы-то могли оказаться более искушённой? Я надеялся, что Ширан расширил ваш кругозор… Опять же, ваш брат…

— Не смейте! — злобно выдохнула оскорблённая девушка. — Не говорите мне о моих родных! Вы! Вы виноваты в смерти Лили! Она из-за вас умерла! Это вы во всём виноваты!

Ирис затрясло от ярости и ненависти, внезапно вспыхнувшей и разгорающейся пожаром. Принц растерялся:

— Я виноват в смерти Лили? Как это?

С его лица исчезло наглое пошлое выражение. Голубые глаза потемнели от печали, уголки губ выгнулись вниз. Он замер, вглядываясь в лицо невесты и словно силясь понять.

— Она умерла от чахотки, — заметил неуверенно и тихо. — Разве нет? Как я мог её убить?

Ирис замолчала. Её всё ещё трясло. Но Кьярваль выглядил таким потрясённым, что ей невольно стало его жалко.

— Вы её… любили? — спросила она недоверчиво.

— Я не очень люблю зажатых скромняжек, — честно признался жених. — Не понимаю всей этой возни с девственностью. Лили же как раз была невинной девой, но… Она была очень миленькая. И эти глаза… Откуда у неё лиловые глаза? Очень редкий цвет. Когда она смотрела на меня, я словно вновь становился котёнком. Ну то есть… понимаешь, рядом с ней я был лучше, чем я есть. Я не знаю, любил ли я Лили. Но почему ты говоришь, что она умерла из-за меня?

Ярость иссякла так же внезапно, как началась. Ирис устало посмотрела на принца:

— Я думаю, она узнала про ваших любовниц и истаяла от огорчения.

— Как? — удивился Кьяр. — Я ей не говорил ничего. Клянусь, она не могла узнать. Я же не идиот, чтобы обо всём этом рассказывать такой нежной девочке.

— Значит, ей рассказал кто-то другой.

— И она поэтому… Но как? Разве можно умереть от огорчения? И потом… она бы разорвала помолвку… Я же видел её за три месяца до…

Его голос пресекся. Ирис смотрела на него и думала, что всё это так странно. Так бесконечно странно. Кьярваль любил Лили? По-своему, конечно, но… Кто бы мог подумать, что ирбис относился к невесте по-человечески? Ну почти?

«Всё же в нём есть что-то хорошее. Хоть немного, но есть».

— Идите к своим любовницам, Кьяр, — выдохнула она. — Всё равно прошлое не изменишь.

Прошла в спальню, стянула платье. Однако принц зашёл за ней.

— Давай помогу, — предложил как-то нерадостно. — И заодно расскажи, что там с Шираном? Что у тебя за план?