Книга Цена любви и мести 2, страница 141 – Анастасия Разумовская

— Да, — кивнул важно, — она будет славной невестой короля.

— Поздравляю вас с выбором, Ваше Величество, — заулыбался и Ярнис.

Дайн обрадовался, что со скучным делом наконец закончено, и все, по-видимому, довольны его выбором и больше не спорят. Теперь можно было приступить к более интересным делам: например, к осаде Серебряного замка и запуску воздушного шара. И… кстати, Эстэль же взрослая, так? Так. А, значит, Ширан разрешит ему запускать шар вместе с ней, и не надо будет звать всех этих глупых слуг. А ещё паровоз.

На душе короля стало радостно.

* * *

Утром после ночи, когда Эйв отказал сестре, Ирис попыталась обмануть Ширана, заявив, что им не удалось встретиться. Ширан перевернул её на колено и больно шлёпнул по попе.

— Тебя спасает сейчас то, что ты больна, — сдержанно пояснил он. — Ирис, врать мне — плохая идея, и когда ты встанешь на ноги, просто шлепком за ложь не отделаешься. Можешь не продолжать: я понял, что Эйв не согласился.

Она вывернулась из-под его руки, уставилась в бешенстве в бесстрастное лицо:

— Ширан, если ты… если по твоей вине мой брат умрёт, я…

Ширан сгрёб её, прижал к себе, целуя дрожащие от злости губы, сверкающие глаза.

— Я постараюсь, Ирис, — прошептал хрипло. — Обещаю, я сделаю всё, что смогу. Но я не всё могу. Пойми, девочка, у нас не всегда есть выбор. Твой брат становится опасным для королевства.

— Он — мой брат!

— Я знаю.

А потом Ирис долго-долго занималась на тренажёрах доктора эль Диара, но без самого доктора: девушка потребовала, чтобы занятия с ней проводила Елисель. Ширан встал на сторону принцессы, и Айтонас, пожав плечами, демонстративно скинул йотпов с плеч.

— Ты как будто не стараешься! — сердилась Лися. — Делаешь всё кое-как.

— Тебя бы на моё место! — зашипела Ирис в ответ, и подруги поссорились.

Елисель бросила «лентяйку» и убежала заниматься оборудованием ангара. Его устраивали специально для неё неподалёку от скалы Одинокого Упыря, на Ведьминой пустоши — месте, которое в Персике считали про́клятым: там не росло ничего, кроме соквинца и бледно-розовых, почти прозрачных ядовитых грибов.

На обед герцог не явился. Ирис скучно ковыряла вилкой рагу, а потом покосилась на молчаливого Баэрда:

— Его Светлость не появится?

— Боюсь, что нет. Его Светлость на королевском совете.

— Понятно.

Ирис снова уткнулась в свою порцию.

— Боюсь, что его не будет до вечера, — мягко пояснил Баэрд.

— А я могу навестить Лисю? Или герцог запретил мне покидать стены замка?

— Запретил.

— А тогда можно я зайду к вам в домик? Там у меня картины и… если вас…

— Пожалуйста.

И девушка рисовала-рисовала-рисовала, пока не настала ночь и не вернулась Елисель, взбудораженная и злая.

— А, это ты, — буркнула Лися. — Есть чего пожрать?

— Прости, — Ирис откинулась на спинку кресла, — я была неправа. Я просто злая тварь, которая завидует и вообще…

— Бывает, — хмыкнула Лися, подошла и заглянула.

Ирис закрыла глаза, расслабляясь. Рука ныла. Поясница — тоже. Это сколько часов Ирис тут…

— Океан? Серьёзно? Интересная тема. Если это кит, то я йотпа. Ты вообще китов видела когда-нибудь?

— А ты?

— Конечно. В Зоологическом музее. А это что такое рядом с ним? Китёнок?

— Мулякра. И она его жрёт.

— Ясно. Поехали, тоже чего-нибудь пожрём.

Елисель завезла подругу в столовую комнату, нашла там сыр, порубила его крупными кусками, заварила чай.