Книга Гномка, страница 88 – Диана Чайникова

— На самом деле я не помню четких дат. Понимаешь, вмешательство в мозги не всегда проходит по тонким настройкам. Иногда обстоятельства требуют грубого внедрения.

Такое просто не укладывалось в голове.

— Но как тогда ты можешь быть уверен, что уже дважды проходил через эту неприятную процедуру?

— По нарушениям контура печати. Только так и получается отследить вмешательство и понять, когда оно произошло. Последнее было недавно, я заметил его, когда пришел в себя вашей с Ионной компании.

Нахмурившись, я погрузилась в неприятный мыслительный процесс. Выходит, его взломали либо сразу после неудачной эльфийской операции, либо уже в гнезде Нагаи. Вряд ли раньше. Скорее всего правитель хотел узнать через выжившего, что произошло и где остальной отряд. Может поэтому Даймерлио не помнит, как оказался в гнезде?

— А в процессе этого чтения ты осознаешь окружающий мир?

— Нет, я полностью теряю самосознание, и после этого, насколько понимаю, тот, кого читали, долго приходит в себя. Думаешь, меня читали после засады?

— Думаю, почему менталы тебя потрошили столь жестко, наверняка сразу поняв, что ты не в безопасности. Тебе не кажется, что было бы рациональнее подождать отчета?

Скулы Даймерлио напряглись, а сощуренный глаз как никогда прежде идеально подчеркнул холодность представителя эльфийского народа.

Могли ли среди сподвижников эльфийского правителя появиться те, кто преследовал собственные интересы? Думаю, ничего нельзя исключать. Ведь только ближний круг к правителю имеет доступ к печатям воинов.

Эльф больше не пожелал обсуждать странные традиции своего народа. Письмо было отправлено, и мы погрузились в тягучее долгое ожидание Ионны. По нашим расчетам, наставницу должны были обнаружить не позднее сегодняшнего вечера. С учетом возможных проволочек, невнимательности патруля и даже выполнения первоначального задания отряда спустя сутки ее все равно должны доставить в ближайшее поселение. Или хотя бы отправить донесение о нахождении лазутчицы от гронгов в плену у гавридов. Такое развитие событие хоть и было нежелательным, не исключалось, учитывая взаимоотношения противоборствующих племен.

Спустя два дня мы с кузнецом впали в состояние нервного напряжение, шарахаясь от каждого шороха. Эльф, хоть и не показывал эмоций, часто уходил в лес, патрулируя территорию. Только теперь я убедилась, что ниндзя существуют – безухий был асом в своем деле: удалялся бесшумно и возникал, словно тень, каждый раз доводя меня до икоты. Спустя пару таких фокусов заподозрила, что эффект был рассчитан как раз на мое восприятие, но уточнять я снова ничего не стала. Киро ускакал на вольные хлеба еще по прибытию на стоянку, пояснив нам отдельно, что появится сразу, как только мы решим двигаться дальше.

К концу третьего аглессио эльф порылся в своём вещевом мешке, и долго что-то наматывал на руку, слегка переливающееся в лучах солнца. Почти невидимые нити напоминали паучью паутину. Попробовав выяснить их предназначение, сделала вывод, что это какой-то аналог растяжки из нашего мира, призванный засечь врага на подступах. Он пояснил, что вреда они не нанесут, но подадут своему создателю – эльфу – знак о присутствии посторонних. Нитями Даймерлио опутал все ближайшие тропы и даже территории между деревьями, затем двинулся с той же целью вглубь пещеры и затерялся. Когда он не вернулся наутро, к нервному переживанию за Ионну добавилась паника за рыжего. Ваймир сосредоточенно полировал меч, которым владел вполне сносно и планировал на закате последовать за той, которую выбрал себе в пару. Меня раздирали эмоции, сомнения и страхи. Что делать, я не представляла, все еще надеясь, что оба пропавших члена отряда вернутся, и не придется самой что-то решать.