Книга Гномка, страница 6 – Диана Чайникова

Я внезапно одернула себя, постаравшись собраться. Если всё это правда, и никакой не розыгрыш, мне стоит подумать о своей линии поведения. Ведь по заверениям гномов сейчас будет решаться моя судьба. А если их что-то не устроит, меня что убьют? Мне срочно надо отвлечься от надвигающейся паники. Я осмотрелась по сторонам, рассматривая коридор, по которому меня вели конвоиры. Как-то внезапно я перестала себя ощущать участницей реалити-шоу.

В этих помещениях обстановка выглядела иначе, чем на нижнем уровне. Коридор больше не походил на нутро изголодавшегося червя. Этот состоял из анфилады нешироких комнат, каждая из которых была чем-то привлекательна. Самая первая все еще имела серые оттенки, но полы уже были выложены красивыми плитами, напоминающими мраморные, только по ощущениям были не такими гладкими. Серые цвета причудливо смешивались с красными, коричневыми и зелеными, образуя затейливые узоры и притягивая взгляд. А стены приобрели оттенок жженой умбры. Причем в этом коридоре было светло, как днем, но источников света я так и не заметила.

Вторая комната, которую отделяла от первой высокая арка с полукруглыми сводами, почти ничем не отличалась от предыдущей, но здесь по бокам периодически появлялись кованные двери, закрытые, и никак не могущие удовлетворить мое любопытство. Третья часть коридора была перегорожена очередной дверью, но ее предусмотрительно раскрыли перед нами стражники, и на меня пахнуло свежестью океана. Впрочем, здесь, на верхних этажах, изначально не чувствовалось спертости воздуха. Но, только зайдя сюда, я поняла, как многого лишалась, так и ни разу не слетав на Мальдивы. В этом была виновата моя фобия перед полетами. Чарующий морской запах сводил с ума.

Эта комната была значительно шире предыдущих. Цветовую гамму на полу разбавили синие и голубые вкрапления неизвестной породы, а украсили панно с использованием бирюзы, малахита и каких-то неведомых мне самоцветов, синих и голубых оттенков. При чем настолько искусно, что создавалась картина полноценного океана, сливающегося на горизонте с кромкой предрассветного неба. Потрясающе! Так бы стояла и любовалась, вдыхая неведомо откуда бравшиеся запахи морского бриза. Казалось, до меня даже долетают капли. Но мое искреннее восхищение было прервано очередным подзатыльником. Мне стало обидно.

— Да сколько можно! – Возмущение рвалось из глубин души, оскорбленной в самых лучших чувствах.

— И чего ты замерла?

— Так красота же неимоверная, - попыталась указать на очевидное.

— Где? – Удивилась Ионна, проследив за моим взглядом. – О чем это она? – Обратилась та к родственнику.

— Она видит то, чего не видишь ты, недоучка. Здесь прекрасная панорама океана, которую могут узреть либо достойные, либо прошедшие обучение, либо имеющие склонности.

К чему имеющие склонности он, конечно, не уточнил, а я не успела спросить, потому что обозлившаяся тетка взяла меня за руку и потащила дальше. По дороге я успела отметить для себя, что по другую сторону комнаты картины не было, но стояли лавки, оббитые какое-то материей, наверняка мягкие. Видимо, предназначенные для тех, кто пришел полюбоваться океаном.

Четвертая комната вновь отделялась дверью. Она, как близнец, была похожа на первую, что меня, уже ошеломленную предыдущим зрелищем, разочаровало. Неожиданно родственник Ионны решил меня развлечь разговором.