Книга Изменяя космос, страница 120 – Лисса Мун

Хотела правду? Вот она! Никому не нужна Лика! Всем нужна некромантия! Сила моего духа, закрепленного генетикой тела. Все.

— Я лишь пытался сказать, что мы идеальная пара, – резюмировал Верус.

Выглядело это, как оправдание. Оправданием и было.

— Если так, то с этого следовало начинать, – почти прошептала трясущимися губами.

Не знаю от чего меня сильнее колотило – от холода или от негодования. Но тело била крупная дрожь. Силы в момент оставили. Хотелось упасть прямо на песок и провалиться в пекло.

— И зачем понадобилось тащить меня в воду? – еле слышно обратилась скорее к самой себе и зажмурилась от удара накатившей волны.

Я обмякла, не способная больше сопротивляться. Пальцы Веруса переместились на предплечья и впились крепче.

— Коммуникаторы. Несмотря на защиту от прослушки, при желании можно считать любые данные. От состава крови до локации. Он встроен в нервную систему. Под водой и при таком шуме придется потрудиться, чтобы разобрать наш откровенный разговор. А я не каждый день делюсь своими планами с кем бы то ни было.

И только когда он договорил, мое тельце было развернуто кормой в обратном направлении, а нос взял курс на берег. Море подталкивало, то ли помогая, то ли отправляя заговорщиков восвояси.

На берегу тут же облизал ветер. Зубы отбивали нескладный ритм. Нет, стать еще мокрее и еще холоднее я уже не могла. Поменять условия, как Примус на террасе – пожалуй. Если бы не одно «но»! Вдохновение испарилось. Сейчас я целиком и полностью состояла из ледяного дождя.

Даже когда Верус усадил меня в летун, не сразу сообразила, что воздух моментально прогрелся. Под брюхом аппарата замелькали вечерние огни города. А внутри образовалась звенящая тишина. Ничего не хотелось ни обдумывать, ни чувствовать, ни связывать воедино! Лишь принять горячий душ и уснуть.

— Лика, – начал было Верус на подлете к посадочной площадке.

— Мой ответ не изменится.

Обсуждать было больше нечего. Непринужденной дружеской беседы в сложившихся обстоятельствах я тоже не представляла. Луше добраться до комнаты в молчании.

На удивление, блондин не пытался снова заговорить, но до двери проводил.

— Мне было важно, чтобы нас видели вместе, – пропуская прощание, заявил Верус. – В определенное время посеяв зерно, однажды, соберешь плоды. Пора внедрять в сознание Совета косвенные мысли о возможности подобного союза. Дальше останется сделать парочку внушений и замкнуть показательным случаем.

— Можешь не объяснять. Я поняла. И не хочу быть использованной для достижения политических целей.

— Тогда развлекайся на государственных заданиях. Возможно, передумаешь.

Не дожидаясь ответа, Верус аккуратно чмокнул меня в щеку и ушел.

Когда я согрелась под упругими струями горячей воды и отправилась в постель после празднования, сознание постоянно выныривало из сладкой неги в неопределенное настоящее и искало, искало, искало…

Решение пряталось. Оно точно было, но ускользало призрачным хвостом безымянной кометы, оставляя колкие отметины. Именно за эти занозы и цеплялось внимание. Будто я могла догадаться по мутным крупицам, что там.

И я звала. Звала того, кто сможет сгладить царапины, собрать меня воедино, уберечь от урагана, что ждал впереди. Ждал, затягивая в темный омут, из которого не возвращаются.