Книга Хозяйка горного замка.(не)истинная жена дракона, страница 2 – Эля Шайвел

Свекровь у меня, конечно — золотая женщина: добрая, чуткая, интеллигентная, и муж её, свёкор, покинувший нас пять лет назад тоже был прекрасным человеком. Они из тех людей, для кого чужих детей не бывает. В Диме они души не чаяли, дали ему образование, всегда во всём поддерживали. Даже Диме на восемнадцать лет собственную двушку подарили, чтобы у него была своя жилплощадь.

Квартира, правда, невостребованная стоит: ремонт там был тот самый, ещё с Диминого совершеннолетия, сдавалась она плохо, а потому простаивала, а вкладывать туда деньги Дима не хотел. Так что я попросила его заселить туда хотя бы на время мою сестру с детьми, но он сказал, что я не имею право на его добрачную собственность.

Тогда Валерия Никитична попыталась Диму к совести призвать, сказав, что в сложной ситуации нужно родственникам помогать, да с женой нечего как соседи жить и бюджет делить. Вот только Дима на неё наорал и сказал ей, что она ему никто, чтобы нотации читать.

Было это, к сожалению, без меня — я к родственникам как раз ездила после пожара вещи разбирать. Во время этого некрасивого скандала у Валерии Никитичны случился инсульт, а Дима ей не сразу скорую вызвал, потому что продолжал орать на неё. В итоге она слегла и восстанавливалась несколько месяцев. А Дима ещё и перестал после этого называть Валерию Никитичну матерью, теперь она стала для него «старухой».

Кто за ней ухаживал? Я, разумеется.

— Это всё из-за тебя случилось. Старуха эта — дура наивная, пыталась меня уговорить помочь тебе, так что ты виновата, тебе за ней и ухаживать, — так мне Дима тогда сказал. — Да и потом, не мужское это дело — задницу старухе подтирать. Она мне чужая, даже не родня по крови, я ей ничего не должен. Пусть благодарит, что в пансионат не сдал и дееспособности по закону не лишил, а ведь она овощем лежит, только слюни и пускает. Так что займись ею: всё-таки это ты у неё дома живёшь, надо быть благодарной. Карму заодно себе почистишь вместе с её уткой.

Это окончательно поставило в моих глазах крест на этом человеке. Кто может так говорить и поступать с той, кто заменила ему мать?

И почему я не сбежала, спросите вы? Не смогла. Не так меня родители воспитывали. Я прожила в доме свекрови почти десять лет, она всегда была ко мне добра, как я могла её бросить? Я прекрасно понимала, что Дима её сдаст в какой-нибудь дом престарелых и благополучно забудет о ней. Так что скрепя сердце, я осталась и стала думать о разводе.

И какой уж мне там ботокс или силикон? Вообще не до них! И самое смешное, что проводить все желаемые мужем манипуляции с моим телом мне полагалось за свой счёт. А то вдруг сбегу с Димиными инвестициями?

В общем, как вы понимаете, когда Дима месяц назад подал на развод, я почти плакала от радости. И конечно же, согласилась.

— Сама ты к старухе в комнату съезжаешь жить, так тебе будет проще за ней ухаживать, а в твоей нынешней комнате сделаю для Катерины гардеробную, — продолжал распинаться Дима. — И не смей мне тут скандалы закатывать, мы со вчерашнего дня в разводе. Я и так тебе милость оказываю, что жить здесь разрешаю, ведь идти-то тебе некуда. В качестве платы за проживание будешь также по дому убирать за нами, готовить, стирать, ну, в общем, все эти женские дела делать, ну и, конечно, за старухой ухаживать, пока она жива ещё. А уж как она представиться и квартира моей станет, нужды в тебе не будет, тогда я тебя и выпру отсюда. Так что займись медленно себе поиском жилья, неизвестно, сколько старуха протянет.