Книга Там, за Вороножскими лесами, страница 41 – Татьяна Луковская

На ловы Демьян выбрал Ветерка. Для утонченной Зарянки местный глубокий снег был тяжким испытанием. Мохнатый конек, застоявшийся в стойле, радостно трусил теперь среди вековых дубов, выпуская клубы пара из широких ноздрей.

Ловчие большой толпой доскакали вверх по Вороножу до примеченного места, а дальше разделились для загона, широким кольцом окружая кабанью лежку. Александру, как младшему князю, досталась для облавы наветренная сторона, а это значит, обладая отменным нюхом, животные учуют его людей в первую очередь и побегут в противоположном направлении, где их ждут сулицы и стрелы ловчих Святослава и вороножского воеводы.

— Братец с богатой добычей вернется, да надомной еще и потешаться станет! – злился молодой князь, чувствуя, что все его надежды на ловчую славу рушатся.

— Ничего, – утешал его Миронег, – сначала погоним на них, а промахнутся, так на нас кабанчики поворотят. Будет и нам, где разгуляться.

Но Александр лишь раздраженно сжимал губы, он всегда легко мирился с ролью второго сына, и брату редко прекословил… всегда, но не на охоте. Здесь ему хотелось быть первым, лучшим, ловить завистливые, восхищенные взгляды. Князь нервно мял рукавицу.

Демьяна детская обида Алексашки забавляла, он, не обращая внимания на ворчание князя, любовался солнечным днем и искрящимся снегом, тело грела заветная рубаха.

Вдруг, взгляд остановился на цепочке следов, огибающих заросли лещины. Олексич потихоньку ткнул Александра в бок, князь растерянно оглянулся. Прижимая палец к губам, Демьян указал глазами в сторону куста. Александр не удержался и радостно вскрикнул.

— Что, княже, не плохо тебе? – испугался Миронег.

— Да, нет. Так только живот как-то крутит. Вы тут постойте в засаде, и коней наших придержите, а мы с Робшей пройдемся, вон у него как-то тоже не ладится.

Демьян демонстративно схватился за живот.

— Это вы меду вчера с голодухи объелись, – сочувственно покачал головой Военежич. – Да как некстати, сейчас загон пойдет, а кабанчики на нас выйдут, непременно выйдут, дождемся своего…

Добры молодцы, не дослушав причитания, спрыгнули с коней и бросились в заросли.

— А сулицы зачем с собой похватали, здесь бы кинули? – заохал им вслед старый боярин, но ответа не последовало. Уже чувствуя носом добычу, друзья, погружаясь по колено в снег, спешили по следу не хуже ловчих псов.

— Крупный, в снег глубоко ныряет, точно вепрь! Робша, вепрь!!! – задыхаясь от предвкушения, громко шептал Александр.

— Тише, княже. Слух у него тонкий, почует, – Демьян опять предупреждающе поднес палец к губам. – Сулицы – слабовато, надо было и рогатины прихватить.

— Чтобы все догадались да за нами рванули. Нет, Робша, один на один хочу выйти. Сначала стрелой, потом сулицу метну. А ты не встревай, на подмогу подлетишь, только если угроза мне будет. Ну, до этого не дойдет, – князь беспечно улыбнулся.

Ловчие натерли кожухи и порты снегом, пытаясь ослабить дымный запах. Походка стала мягче и тише. След уводил на север в противоположную сторону от облавы. Вскоре у корней дубов стали встречаться разрытые ямы, снег широкими полосами был тщательно перепахан до земли. Так глубоко погрузиться могло только сильное здоровое животное. Легкое волнение пробежало по венам молодых охотников. И вот за деревьями послышалось раскатистое низкое хрюканье. Кабан ест, а ест, значит, занят, теряет обычную чуткость, можно подобраться поближе. Сквозь ветки показалась мощная бурая холка с серебристым отливом.