Книга Он мой Октябрь, страница 6 – Евгения Ник

— Утомила ты меня, Капустина. Ты же сама говорила, что хочешь серьёзных отношений. С амбициозным, успешным… Жизнь красивую, как в кино.

— Да, хочу. Но таких бессмысленно искать вот тут, — кивком указываю на смарт и вздыхаю, отодвигая от себя тарелку с недоеденным салатом “Цезарь”. — Хочу настоящего мужика, а не того, для которого я стану второй мамочкой. Спасибо, проходили, — фыркаю, вспоминая своего бывшего, с которым рассталась три месяца назад. Сопливый ребёнок в оболочке бородатого дядьки. Все его амбиции сводились к тому, чтобы собрать новую фигурку автомобиля из маленьких деталей. А моя сводилась к тому, чтобы кормить его, обстирывать, и выслушивать его жалобы на начальника. Ах да, ещё имитировать оргазмы, пока он пыхтит, нависая надо мной. Тьфу ты… Хоть бы раз довёл меня до “салютов”.

— Настоящий мужик… — повторяет она задумчиво. — А… охренеть.

— Что охренеть? — настораживаюсь.

— Есть один. Но он как крепость. Неприступный, ледяной, наглухо закрытый. И… говнистый, что порой стукнуть его по башке хочется, — она хватает свой телефон и начинает лихорадочно что-то искать. А потом поворачивает ко мне. — Вот. Мой босс. Породистый, сучок, скажи? И кстати, он ищет нового личного помощника. Но есть проблема. В лобовую с ним нельзя. Он совсем недавно уволил предыдущую за попытку штурмовать его замороженное сердце. Хотя она сама дура…

Беру в руку смарт и внимательно разглядываю мужчину на фото и могу смело сказать: я влюбилась. И даже будь он не бизнесменом, а простым работягой — всё равно бы влюбилась. Потому что…

Вот это самец! Да в нём всё прекрасно! Уверенный взгляд его серых глаз. Пухлые, но чуть поджатые губы, потому что он хмурится. Густые русые волосы, что идеально уложены. Ох, а эта форма лица?! Он словно выточен из камня: нос, твёрдый подбородок, край и угол нижней челюсти… Уверена, его фигура — тоже полный отпад, хоть на фото её и не видно.

— А почему уволил помощницу? — спрашиваю с интересом.

— Она ждала его в кабинете. На его столе. В… ну, в боевой готовности, так скажем.

Фыркаю, представляя эту картину. Глупая девочка. Очень и очень глупая.

— И что он? Сразу уволил за это?

— Естественно. А теперь рычит на меня изо дня в день и требует найти ему “тётю лет пятидесяти”. Что? — посмеивается она. — Олег Сергеевич просто задолбался. Баб-то у него пруд пруди, а тут ещё и на работе атакуют…

Ещё раз смотрю на него и, кажется, дышать перестаю.

“Баб-то у него пруд пруди…”

А такой, как я — нет.

— Олег Сергеевич Осипов. Владелец Osipov Labs… — повторяю тихо, словно пробую это на вкус.

— Ну что? — спрашивает Марина, наблюдая за мной. — Потекла с него? Можешь попробовать устроиться к нему личной помощницей. А дальше… — пожимает плечами. — Тебе поможет только чудо.

— Хочу его, — честно признаюсь. — Марин, хочу, не могу!

Подруга улыбается, качая головой.

— Так и знала. Значит… Действуем? Я могу записать тебя на завтра. На три часа. Единственное — мы не знакомы и ведём себя максимально, как чужие друг другу люди. Прошу тебя, Люб, не подставляй.

— Действуем, — киваю в ответ. — Я нас не выдам, — поднимаю руку со сложёнными пальцами в колечко в жесте “окей”.

* * *

Мой первый рабочий день. И первый день по покорению этого Эвереста.

Ставлю чашку на правый верхний угол его стола, так, чтобы он мог взять её, даже если не планирует сразу садиться в кресло. А, например, захочет постоять у окна и поразмышлять. Возвращаюсь в приёмную к своему столу, сажусь, поправляю платье. Руки лежат на столе спокойно, дыхание ровное. Вид — полная собранность и сосредоточенность на работе, которой у меня ещё даже нет.