Книга Инквизиtor, страница 54 – Елизавета Домина

— Привет! ― непринужденный жизнерадостный голос раздался на весь салон авто.

— Привет, моя дорогая. Как ты? ― Пётр улыбнулся.

— Лапонька, я отошла буквально на минутку, начальник на рабочем месте. Сегодня вечером всё в силе? ― нежный голос Анны сводил Апостола с ума.

Петру не хватало в отношениях с другими женщинами ласки: когда Анна впервые назвала его котиком, мужчина был готов вилять несуществующим хвостом и прогибать спину. В её «котик, зая, пупсик» было столько тепла, что даже он, предпочитающий раньше доминировать в отношениях с женщинами, таял от просыпающейся внутри него неги.

— Да, Анечка, я заеду вечером за тобой в девять! ― мужчина не мог с ней общаться так, как привык с другими.

— Я придумала, что мы будем делать вечером! ― голос Анны, полный энтузиазма взбудоражил Петра Сергеевича.

— Что? ― заинтригованно спросил он, наблюдая за стрелкой светофора.

— Мы поедем на смотровую площадку. Погода сегодня прекрасная.

Пётр любил, когда Аня проявляла инициативу в организации их досуга, её идеи всегда были непосредственными и волновали его. За столько лет жизни в Облачном городе мужчина был на смотровой площадке лишь раз, в студенческие годы. Девушка попала в его приятные воспоминания о периоде, когда мужчина был далёк от подозрений по отношению ко всем женщинам мира. Своими идеями она, как машина времени, умела возвращать его к приятным воспоминаниям. Странно, почему Елена и другие партнёрши никогда не находили в нём те грани, которые Анна с такой лёгкостью угадывает. Возможно, он их не особо интересовал. Девушка не просто реализует свои идеи и планы, она всегда держит в зоне внимания реакцию Апостола.

Пропала необходимость спорить или убеждать в чём-то женщину. Так чутко и аккуратно она проявляет своё природное начало. Ему не надо больше напрягаться на свиданиях и оправдываться ‒ его понимают. У них не было секса, но Апостол и не нуждался в нём рядом с ней. Она поглаживала его в своих ласках, умиротворяла ароматом волос, возбуждала идеями и снимала напряжение. Он был воодушевлён ею: стилем, голосом, манерами. Когда она рассказывала что-то увлеченно, вокруг всё искрилось энергией и хотелось дарить ей новые, приятные эмоции.

Апостол парил на пушистом облаке своих фантазий, благодаря… Благо-даря, Анне! Такой отдачи от своих стремлений осчастливить женщину, он не встречал до Ани. Сам не заметил как, в его мыслях имя девушки стало таким частым, как и её образ. Он так старался сохранить этот бриллиант, оттачивая грани, ублажениями её капризов. Сделать жизнь девушки легче, внести новые ароматы и оттенки. Его не упрекают в том, что он такой, какой есть. Его уважают и прислушиваются без необходимости повышать голос. Это что-то новое и неопознанное для Петра Сергеевича. Инопланетное в его мире. Он не отдаст её на опыты другим ведомствам, даже, если придется распахнуть крылья демона, чтобы сокрыть маленькое чудо от чужих глаз.

Пётр парковал авто перед отделом, витая в своих розовых облаках. Рёв мотора мотоцикла прервал грёзы влюбленного. Мирон по сезону, уже пересел на свой брутальный харлей. Выглядело это эпично! Апостол заглушил мотор, наблюдая, с какой энергией разрыва чужих реальностей подчинённый вторгается в мироздание. Казалось, словно под экипировкой водителя скрывается нечто, готовое в любой момент завладеть территорией, подняв при этом ногу и обдав струей колесо авто. Улыбнувшись, Апостол вышел из машины.