Книга Вдыхая тень зверя, страница 162 – Евгения Якушина

Вася поднял глаза на вопрошавшего и как был, в одних подштанниках и скособоченной рубахе, бухнулся перед Дмитрием Николаевичем на колени.

— Только не расстреливайте меня! — заголосил он, и из глаз его брызнули слезы. — Это все Мишка! Я только машину должен был достать и шоферить. А что они против вас, товарищ комиссар, дурное задумали, я не знал!

— Поднимитесь! — рявкнул на инженера Руднев. — Никакой я не комиссар, и расстреливать вас пока никто не собирается! Расскажите все, что знаете, о происшествии на Плющихе. Только сперва назовите себя.

Как оказалось, «анжанера Ваську» звали Василием Потаповичем Колечкиным. Инженером он еще пока не был, а лишь проходил курс в Московском техническом училище да подрабатывал при всяком удобном случае механиком, а кроме того не гнушался спекулировать разными железяками, которые добывал через весьма сомнительные источники вроде банды Семки Златоуста.

С гимназической скамьи Василий Колечкин крепко дружил с Михаилом Фогтом, чей папаша при царе служил чиновником казначейства, а нынче заведовал хранилищем цацек, отобранных большевиками у бывших богатеев. В отличие от Василия Михаил склонности к техническим наукам не имел, а, напротив, был до мозга костей гуманитарием, отчего и пошел учиться в университет на историко-филологический.

Историей, надо сказать, Фогт бредил еще сызмальства, правда исключительно в таинственно-авантюрном аспекте. Так, вряд ли бы Михаил сумел бы без ошибок перечислить основные реформы Екатерины Великой, зато мог часами вещать про принципиальные различия ритуалов масонских лож «Гарпократ», «Озирис» и «Изида»^[107]. Еще одной страстью Фогта была Америка, правда тоже не реальная, а та, что описана в приключенческих романах с коварными индейцами, отважными креолами и прочей романтической чепухой. Михаил даже взялся учить испанский язык, но продвинулся в этом начинании недалеко, хотя и стал требовать от друзей называть его Мигелем. Значительно более успешным оказалось его освоение различных видов оружия, экзотического для наших палестин, но, если верить романам, обязательного для всякого уважающего себя жителя джунглей Амазонки, техасских прерий или мексиканских пустынь.

Года полтора назад Вася почти потерял своего друга Мигеля из вида. А когда они случайно встретились и отметили это событие в портерной непомерными возлияниями, Миша Фогт в пьяной откровенности рассказал товарищу, что он-де является членом некоего тайного общества, имеющего своей целью хранить и преумножать какие-то мистические тайны со средневековыми корнями. Вася только посмеялся над хмельными речами друга, а на следующий же день напрочь про них позабыл, и наверняка никогда бы не вспомнил, если бы Мишка Фогт вдруг не отыскал его и не попросил помощи в каком-то очень странном и мутном деле.

Мигелю требовалось, чтобы Вася раздобыл автомобиль и несколько ночей побыл бы при нем шофером. Деньги за это предприятие Фогт посулил немалые, но предупредил, что придется держать язык за зубами. Щедрость обещанного гешефта и требуемая секретность возбудили в душе Васи, имевшего опыт сомнительных махинаций, серьезные беспокойства и даже сомнения. А ежели его друг затеял учинить грабеж или — чур меня, чур! — ввязался в контрреволюционный заговор?