Книга Мертвый кролик, живой кролик, страница 65 – Елена Михалкова

Из сарая показался высокий тощий старик в длинной, как ночнушка, фланелевой рубахе и тренировочных штанах. На ногах у него были тапки.

— Ты кто такой? Смотри, собаку спущу!

— Была бы у тебя собака, отец, давно бы меня загрызла, – сказал Бабкин.

— А ты чего фамильярничаешь? – хмуро спросил тот и потер слезящиеся глаза. С трех шагов Сергей учуял запах табака и перегара. – Еще папашей меня назови. Чего тебе надо?

— Поговорить мне с вами надо, Василий… – миролюбиво сказал Сергей. – Извините, не знаю вашего отчества.

— Семенович. О чем?

— Василий Семенович, у ваших соседей, Забелиных, в субботу пропал сын, Егор. Вы его здесь не видели?

Старик помолчал, жуя щеки.

— У Забелиных… – протянул он наконец. – Вроде бы никто у них не появлялся. Я бы услышал. Хотя кто его знает… Когда это было?

— В субботу.

— Это сколько дней уже прошло?

— Сегодня вторник. Три дня назад.

Старик шмыгнул носом. То ли он что-то пытался подсчитать в уме, то ли переключился на свои мысли. Известие о побеге соседского мальчишки не вызвало у него особого любопытства.

— Хрен его знает, – сказал он наконец. – Вроде в субботу я уходил. Или не в субботу… Сегодня вот точно еще никуда не уходил. Может, уйду еще. Это уж как сложится.

Он привалился к стене сарая и закурил.

Бабкин понял, что ничего не добьется. Перед ним был старый бесполезный пьяница.

— А чего он сбежал-то? – равнодушно спросил старик. – Как его зовут, ты сказал?..

— Егор. Поссорился с отцом, – коротко ответил Сергей. Он не был уверен, что это настоящая причина побега.

— А-а… Ну, бывает. С батей поругаться – это святое. Пороли, значит, мало. Побегает, вернется.

— Семья за него очень переживает, – сказал Бабкин, покривив душой. – Пожалуйста, если вы увидите его, позвоните мне.

Он протянул Василию визитку.

— Ишь ты. Целый частный детектив! – Тот насмешливо покрутил визитку и сунул в нагрудный карман. – А сколько лет-то беглецу твоему?

Бабкин подумал, что мерзкий старый хрыч забудет о его просьбе, как только за ним закроется калитка.

— Четырнадцать.

— У-у, взрослый парень. – Василий задумчиво почесал в носу. Пепел с сигареты падал ему на тапки.

Бабкин сообразил, что старик даже не узнает мальчика при встрече.

— Вот его фотография. – Он вытащил из кармана сложенную вчетверо распечатку.

Трясущейся рукой старик без особой охоты взял снимок. Всмотрелся и затем свернул в трубочку. «Задницу свою он подотрет этой фотографией», – зло подумал Сергей.

— А я его маленьким помню, – неожиданно сказал Василий. – И брата его. Они тут с матерью бегали, в бочке плескались… Веселые были ребятки. И Нина была хорошая.

На мгновение из старого бессердечного пня проглянуло что-то человеческое. Сергей спросил себя, не рассказать ли ему, что Нина жива или, по крайней мере, была жива вчера утром… Но старик с такой неприязнью смотрел на него и так равнодушно отнесся к судьбе Егора, что он передумал.

. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .

Как только сыщик закрыл за собой калитку, Севостьянов утратил всю свою сонную медлительность. Он быстро запер сарай на ключ, нацепил очки и последовал за Бабкиным. Сыщик шел по деревне, стучась в дома. «Фотокарточку показывает, – сообразил Севостьянов. – Ну, это и без него уже участковый сделал, ничего страшного».