Книга Если вы меня слышите. Книга 1, страница 113 – Елена Михалкова

Саня с Макаром сильно отощали. А вот Генка даже небольшое пузо ухитрился отрастить, хотя ели все одно и то же. Бутерброды с яичной скорлупой по утрам. В обед – бадейка супа. На ужин картошка или рагу с хлебом. Иногда от Кабановых щедрот им доставались мозговые кости, и мальчики вгрызались в них, как собаки.

Голод был их постоянным спутником. Правда, в забое всегда можно что-то перехватить, а то и притащить в шахту, если нет шмона. Этот навык Саня быстро освоил. Он умел виртуозно выкрасть кусок колбасы из тарелки прямо под носом у Чумы. С Кабаном такие фокусы никто из них проворачивать не осмеливался.

Илюшин лучше всех видел в темноте. Уверял, что однажды ночью просто открыл глаза – и сумел разглядеть очертания предметов в непроглядной тьме. Ни Симонцеву, ни Рудному эта способность не досталась. Если ночью кто-то из них вставал по нужде, до туалета он шел, негромко ухая, как сова. Оказалось, по звуку можно ориентироваться. Он распределялся по-разному в разных местах. Но Саня ухал скорее для собственного развлечения. Топографию шахты он выучил мгновенно и знал в ней каждый скол.

Вот, кстати, Макар… Умный, непредсказуемый, временами откровенно жестокий, с языком как бритва – он ведь здорово смягчился за последнее время. Скажем, раньше Гена его побаивался. Саня ясно понимал, что это был именно страх. А теперь они друг друга запросто задирают, и Рудной чувствует себя в безопасности.

Насмешливая безучастность Макара завораживала. Илюшин вел себя так, словно очутился в камере по собственной воле, и хотя происходящее ему не слишком нравится, сам решает, когда все прекратить. Саня этой манере страшно завидовал и даже пытался подражать – само собой, безуспешно.

«Это тоже, наверное, способ справляться со всем этим… – подумал Саня. – Просто у каждого свой. У меня вот какой? В железяку поныть, чтобы пришел кто-то взрослый и забрал нас отсюда».

Его размышления прервал негромкий храп. Чума уже раскинулся и сопел.

Саня поднялся, прокрался в спальню и устроился перед радиоприемником. Переключатель, говорите… Ну допустим!

Он щелкнул им, наблюдая, как это отразится на зеленых линиях, и принялся крутить ручку настройки. Добравшись до волны, на которой тишина звучала многообещающе, остановился.

Он сидел, как ребенок перед нарядной коробкой с бантом, о которой точно известно, что внутри ничего нет.

Но, в конце концов, он дал Генке обещание. К тому же это в последний раз.

Саня подался к решетке и сказал:

— Это Александр Симонцев. Если вы меня слышите… Нас похитили и держат в подвале. Нас трое: я, Макар и Гена. Похитителя зовут Дмитрий, он нас украл для своего брата, Стаса. Мы не знаем, где находимся…

Скрип половиц за спиной он расслышал слишком поздно.

Чума схватил его своими ручищами за плечи и дернул вверх.

— А-а-а! Шепчет чего-то! Чего туда бормочешь, козе-ол? С кем говоришь?

Он швырнул мальчика на пол. Саня перевернулся и отполз, как таракан.

Но в этот раз убежать не удалось. Разъярившийся Чума сцапал его за ногу и потащил на себя.

— Врал! Врал мне! Отравил меня, козел!

— Стасик, я тебя не травил, мамой клянусь! Ну хочешь, я сам молока выпью? И в радио я не шептал! Я… Я молился! – Саня с лихорадочной поспешностью изобретал оправдание. – Молился, чтобы ты и Дима были здоровы! Чтобы у вас все было хорошо! С кем я там мог говорить, сам подумай!